В ноябре 2026 года журналисты рассказали о жительнице Магадана, которая якобы знаменитого «Орского маньяка». По словам женщины, они состояли в отношениях восемь лет, и за это время мужчина неоднократно пытался ее убить. Заметив сходство между возлюбленным и маньяком, магаданка обратилась в полицию — но был ли ее муж на самом деле убийцей?
Кто такой «Орский маньяк»
Настоящее имя «Орского маньяка» — Валерий Андреев. Большую часть жизни он проработал данобойщиком в Оренбургской области — любопытно, что этой же профессией зарабатывал и супруг жительницы Магадана. По данным следствия, на счету «Орского маньяка» убийства как минимум восьми женщин, одной из которых было всего 15 лет, — их тела он скрывал в лесополосе возле трасс.
Информации о личной жизни 69-летнего Валерия Андреева мало — по данным СМИ, у него есть двое сыновей, дальнобойщиком он стал работать вскоре после окончания школы, а воспоминания знакомых и коллег о нем крайне положительные. Это резко контрастирует с тем, что известно об Андрееве как преступнике, который больше десяти лет находится в федеральном розыске.
Что совершил «Орский маньяк» и почему его не нашли
Убийства женщин «Орский маньяк» начал совершать еще в нулевых — одно из первых, предположительно, произошло в 2006 году. Самой известной жертвой «Орского маньяка» стала Ольга Журавлева, пропавшая в 2012 году — на тот момент девушке, которая в день убийства ехала к подруге в Орск, было всего 18 лет. Она, предположительно, ловила попутку на трассе и села в машину к Андрееву.
Причастность мужчины к ее исчезновению удалось установить по камерам — белых внедорожников марки Ssang Yong в регионе было всего два. Андреева вызвали на допрос, но обнаружить улики, которые бы доказывали его вину, не удалось. Уже позднее при осмотре самой машины и гаража Андреева полиция обнаружила следы крови, принадлежащие пропавшей Ольге Журавлевой — но к тому моменту «Орский маньяк» уже скрылся.
Помимо этого, были найдены женские украшения и одежда — они принадлежали другим пропавшим в Оренбургской области женщинам.
По данным следствия и СМИ, число жертв «Орского маньяка» может идти на десятки
Среди возможных жертв «Орского маньяка» и 15-летняя Эльвира Мулдабекова, которая проживала в одном из сел Оренбургской области. В конце декабря 2009 года школьница, по версии СМИ, как и Ольга, поймала попутку, чтобы добраться от школы до дома — за рулем машины оказался Валерий Андреев. Тело девочки весной 2010 года нашли в местном водоеме — перед смертью она была изнасилована.
С 2012 года найти Валерия Андреева так и не удалось — мужчина объявлен в федеральный и даже международный розыск как особо опасный преступник.
В то же время в региональных изданиях время от времени появляются сообщения о женщинах, которые якобы видели его, и о мужских останках, которые, предположительно, могут указывать на смерть самого Андреева, однако официальных подтверждений о связи между этими свидетельствами и самим «Орским маньяком» нет.
Почему все говорят о серийных маньяках
Серийные убийцы регулярно попадают в поле внимания СМИ. Во многом это связано с тем, что некоторые из них выходят на свободу, отбыв длительные сроки — и в изменившемся мире это становится сенсацией.
Яркий тому пример — «скопинский маньяк» Виктор Мохов, который освободился в 2021 году после 17 лет колонии за похищение и удержание в бункере двух девушек. Тогда соцсети активно обсуждали его первое интервью после освобождения — об этой резонансной дискуссии редактор Psychologies Сабина Шмакова рассуждала в колонке «„Мы не увидели маньяка“: что не так с фильмом Ксении Собчак о Викторе Мохове».
Некоторым серийным преступникам не обязательно выходить на свободу, чтобы о них заговорили. Порой достаточно, чтобы видео с ними попало в соцсети — как это было, например, с Анатолием Москвиным, короткий ролик с которым облетел все российские СМИ. Подробно о нем Psychologies рассказывал в статье «„Очень хотел дочку“: маньяк Анатолий Москвин объяснил, зачем делал куклы из трупов детей».
На этом фоне и Россия, и весь остальной мир переживают расцвет тру-крайма — контента, посвященного преступлениям и их авторам. Этот жанр популярен среди людей разных поколений, а самыми популярными становятся статьи, подкасты и видео о самых страшных убийцах, в том числе и серийных маньяках. Об этом феномене можно узнать больше из нашего материала «„Его можно понять“: как тру-крайм делает из маньяков героев и какими они являются в реальной жизни».
Почему мы боимся серийных маньяков

Психиатр, психотерапевт
Сегодня каждый из нас получает огромное количество информации из СМИ и других источников. Эта информация, как и наша собственная личная жизнь, работа и другие аспекты, формирует эмоциональный фон, в котором мы постоянно находимся. Но часто возникает необходимость испытать новые ощущения, яркие эмоции в рутинных буднях или проявить те чувства, которые «под запретом в обществе» — злость, агрессивность, раздражительность, гнев.
Если мы находимся в безопасной среде дома, то всплеск эмоций из «коктейля» серотонина, дофамина и норадреналина легко получить из тру-крайма — фильмов, сериалов, новостей, книг. Можно «пощекотать» себя страхом, эффектом психологического присутствия при просмотре такого контента, «поиграть» в детектива, пытаясь разгадать, как вычислить убийцу или серийного маньяка.
Это рождает иллюзию — «я разберусь и смогу обезопасить себя».
Учитывая, что иногда серийными маньяками становятся люди, не выделяющиеся из толпы, с привлекательной внешностью, их образ часто романтизируется вплоть до эротизирования и создает толпы из фанатов и поклонниц, пишущих письма, снимающих видеоролики в соцсетях.
В этих случаях происходит выделение внешних данных — обаяния, трудного детства или других отдельных составляющих — без учета картины преступления, и даже оправдание преступления.
Порой у поклонников серийных маньяков был опыт сексуализированного насилия, и тогда через идентификацию с жертвой и возможность повторного погружения в травмирующее событие происходит стокгольмский синдром.
Романтизация преступников действительно крайне распространена — особенно в соцсетях. Иногда ей подвержены и подростки, которые воспринимают убийцу как ролевую модель или кумира — подробно об этом феномене Psychologies рассказывал в статье «14-летняя школьница вдохновилась битцевским маньяком и стала убийцей: почему дети влюбляются в преступников?»
Также образ серийного маньяка часто ассоциируется в обществе с темой позволения, дерзости, наглости, свободы, нарушения социальных норм и рамок, нарушения общепринятых норм морали, религии, закона, а также популярностью и славой.
Громкие заголовки в СМИ и многомиллионные просмотры интервью в соцсетях, в свою очередь, поддерживают страх в обществе: с точки зрения исследований и психологии, большая часть населения испытывает страх, а не жалость и сострадание, к серийным маньякам, которыми может стать любой человек без явных признаков.
Жертвой маньяка может стать любой человек, без явных причин, а способов защиты не существует
Когда уровень тревоги за себя и своих близких в обществе велик, каждая новость в СМИ о серийном маньяке усиливает эту тревожность из-за активации базового чувства безопасности в условиях уязвимости и неопределенности. Позиция наблюдателя и условие контроля и дозированности информации, в свою очередь, создают иллюзию контроля над страхом, ощущения, что «угроза управляема».
«Эта история не про меня», «его поймали и наказали» — эти мысли также создают ощущение контроля над ситуацией и «победы добра над злом». Особенно это актуально, когда в обществе есть большое напряжение от угнетающих аспектов реальности.
Интересуетесь ли вы тру-краймом?
- Да, много читаю и смотрю про маньяков и всякие преступления%
- Иногда, если «зацепит» история, могу проявить интерес%
- Нет, избегаю подобных тем, они мне неприятны%
- Другое. И покажите результаты опроса, пожалуйста%