Кадр из сериала «Как я встретил вашу маму»
Сегодня мы гораздо лучше понимаем, что человеческий мозг работает не одинаково у всех. Исследования последних лет показывают: нейронные связи, распределение внимания, скорость обработки сигналов и реакция на сенсорные стимулы могут сильно различаться от человека к человеку.
Так же, как мы отличаемся внешностью, отличаемся и тем, как мозг воспринимает мир. Термин «нейроотличность» используется как общее название для таких вариантов работы нервной системы, как аутизм, СДВГ, дислексия, диспраксия и другие.
В близких отношениях с нейроотличным человеком — партнером, ребенком, коллегой — эта разница становится заметной. То, что для одного очевидно, для другого может быть совершенно несчитываемо. Один устает от шумной компании, другой в ней заряжается. Один воспринимает слова буквально, другой читает между строк. Отношения требуют внимания и желания замечать другого. Полезная отправная точка — признать: люди по-разному чувствуют, реагируют и интерпретируют происходящее.
Как меняется общение
Рядом с тем, кто иначе воспринимает мир (звуки, эмоции, неопределенность), стоит ориентироваться на то, что помогает ему чувствовать себя спокойно:
Без подтекста
Многим нейроотличным сложно распознавать скрытые смыслы — сарказм, иронию, полутона. Они воспринимают слова буквально, поэтому ясные просьбы снижают риск недоразумений. Не «ну ты сам понимаешь», а «мне важно это и это».
Выражение чувств
Не все нейроотличные люди могут поддерживать длительный зрительный контакт — он утомляет или вызывает напряжение. Кто-то предпочитает слушать, глядя в сторону, и это не связано с отношением к собеседнику. То же с эмоциями: у кого-то мимика менее выразительна, и это не значит, что человек безразличен. В таких ситуациях проще уточнить словами, что человек чувствует, чем пытаться прочитать это по лицу.
Перегрузка в разговоре
Во время сложного диалога нейроотличный человек может замолчать, зависнуть или резко сменить тему. Часто это признак сенсорной или эмоциональной перегрузки. Пауза и возможность вернуться к разговору позже помогают.
Разная скорость обработки информации
Некоторым нужно больше времени, чтобы сформулировать мысль или ответить. Это не означает холодность или нежелание общаться, просто особенность обработки информации. Если дать нейроотличному собеседнику немного пространства, разговор станет спокойнее и продуктивнее.
Кадр из сериала «Доктор Хаус»
В близких отношениях
Когда вы часто взаимодействуете с нейроотличным человеком, важно учитывать его реальные сенсорные и эмоциональные потребности. Это не нежелание идти навстречу — просто его нервная система работает иначе.
Доверять опыту
Если близкий человек говорит, что устал после длинного разговора или что ему тяжело в шумном месте, это не прихоть, а отражение того, как работает его нервная система. Принятие этих сигналов помогает избежать лишних обид.
Уточнять, когда непонятно
Когда человек воспринимает слова буквально или выражает мысли очень прямо, его фразы могут звучать резко, хотя обидеть он не хотел. Вместо того чтобы интерпретировать эту резкость, лучше спросить напрямую:
«Я правильно понимаю: ты говоришь о том, что?..»
«Ты сердишься или просто устал?»
«Это претензия или наблюдение?»
Один прямой вопрос экономит часы молчания и обид.
Видеть человека целиком
Внимательность к деталям, надежность, искренность, способность к глубокой привязанности — это то, что часто ценят близкие нейроотличных людей. Важно не потерять это из виду за бытовыми сложностями.
Если нейроотличны оба
Когда в паре встречаются, например, аутизм (РАС) и СДВГ, различия могут быть особенно заметными. Исследования показывают: эти два типа нейроотличности работают почти противоположно. При аутизме связи между зонами внимания и планирования ослаблены — отсюда потребность в структуре и предсказуемости. При СДВГ эти же связи, наоборот, усилены — отсюда тяга к новизне и сложность с рутиной.
Один партнер чувствует себя спокойнее с четким расписанием, другой от него устает. Один теряется в спонтанности, другой в ней оживает. Что делать?
Признать, что у вас два «языка»
И найти компромисс между структурой и свободой. Один подход: разделить зоны ответственности. Например, аутичный партнер планирует будни (покупки, счета, график), а партнер с СДВГ — выходные и досуг (куда поехать, что попробовать). Или договориться о ритме: утро — по расписанию, вечер — свободное время. Важно избегать сценария, где один постоянно берет на себя всю ответственность, а другой полностью полагается на него. Ищите баланс, где каждый вносит свой вклад — пусть и по-разному.
Составить карту особенностей
Сядьте вместе и запишите: что каждого истощает (шум, внезапные гости, долгие разговоры), что восстанавливает (тишина, повторяющиеся действия, одиночество), как вы проявляете заботу и как сигнализируете о перегрузке. Когда эта информация записана и на виду, партнеру не нужно угадывать — он уже знает.
Найти общие точки опоры
Создайте несколько совместных ритуалов — субботний ужин, вечерний звонок, договоренность о тишине после работы. Они дают ощущение предсказуемости. И одновременно уважайте личные границы друг друга и потребность партнера побыть одному — так он восстанавливается.
Кадр из фильма «Назад в будущее 3»
На работе
В командах люди по-разному реагируют на шум, многозадачность или темп работы. Один лучше сосредотачивается в тишине, другой — когда задачи четко сформулированы, третий утомляется быстрее из-за сенсорных перегрузок. Такие различия встречаются гораздо чаще, чем принято думать, и влияют на рабочую динамику.
Многие компании, которые учитывают нейроразнообразие в работе, отмечают, что такие команды работают эффективнее. Нейроотличные сотрудники могут привнести в проекты внимательность, глубину, нестандартное мышление и способность сосредотачиваться на нюансах, которые другие не замечают.
Конкретные задачи
Фразы вроде «сделаешь на неделе?» оставляют много пространства для трактовок. Понятнее звучит: «10 слайдов, примеры на 3-м и 5-м, дедлайн — четверг, 18:00». Если задача сложная, лучше продублировать инструкцию письменно — в чате или рабочем приложении.
Сенсорный комфорт
Тихое место, наушники с шумоподавлением, регулируемое освещение, часть обсуждений в письменном формате — это помогает не тратить силы на фильтрацию лишних стимулов. Людей с повышенной сенсорной чувствительностью громкие голоса или постоянные звонки утомляют не меньше, чем длинные совещания.
Как говорить друг с другом
Зрительный контакт может быть проблемой, а слишком прямой или громкий тон легко воспринимается как конфронтация. Кому-то нужно больше времени на обработку информации, кому-то проще формулировать мысли письменно. Помогает простое уточнение:
«Тебе удобнее обсудить это голосом или в чате?»
«Тебе нужно время, чтобы обдумать?»
Самое простое — спросить напрямую.
Что помогает
Говорить открыто
Когда нейроотличность открыто обсуждается, напряжение между партнерами снижается. Появляется больше доверия и меньше пространства для обид.
Учиться видеть мир глазами другого человека
Изменения начинаются, если оба готовы понять, что для другого важно, что его пугает, что восстанавливает. Это сложно, но с практикой улучшается.
Уважать границы
Друзья, семья, личное хобби, время в одиночестве помогают сохранить близость, а не разрушают ее. Когда у каждого есть свое пространство для восстановления, возвращаться друг к другу проще.
Искать профессиональную поддержку
Психотерапевт или психиатр помогает разобраться в своих реакциях и подбирает работающие стратегии — от терапевтических методов до цифровых инструментов вроде приложений с техниками саморегуляции, дыхательными упражнениями, рекомендациями по сну. Такая поддержка дает возможность отслеживать динамику и корректировать подход между встречами. Парная терапия, особенно со специалистом, который понимает нейроотличность, может стать пространством для честного разговора о том, что не получается обсудить дома.
Отношения с нейроотличным человеком строятся на поиске общего языка, на котором обоим понятно и безопасно. Гармония рождается там, где люди видят различия, учатся о них говорить и находят способ быть вместе так, чтобы было место и для себя, и для другого. Это возможно и таких историй все больше.
Детский психотерапевт Европейского медицинского центра (ЕМС)
