«Коронавирусный синдром»: чем нам еще грозит пандемия?

Пока исследований и научных публикаций на эту тему не так много, большинство из них опубликованы в англоязычных источниках. О чем пишут медики, нейробиологи, психологи и другие специалисты?

Некоторые факторы уже сейчас влияют на ухудшение психического здоровья многих людей. Попробуем разделить их на две группы.

Первая группа факторов касается общего фона, связанного с пандемией, экономической и социальной жизнью людей. Вторая относится непосредственно к вирусу и его влиянию на организм человека.

1. Пандемия и социум

Угроза выживания вида

Именно в таком ключе можно рассматривать текущую ситуацию, и причины вполне очевидны.

  • Новый вирус способен драматично повлиять на здоровье и жизнь.
  • COVID-19 может подорвать здоровье или привести к смерти членов семьи, близких каждого.
  • Из-за пандемии люди теряют и еще будут терять работу, доход, снижается уровень жизни.
  • Каждый представитель человеческого рода потенциально опасен. При этом определить по внешним признакам, болен ли он, невозможно.

Все должны носить маски — это необходимая мера. Но закрытые лица окружающих как раз напоминают нам, что распространителем вируса может оказаться любой из них.

Зона высокого напряжения

Тревога. Мы знаем, что опасность есть, но она не определена. Ситуация все еще непредсказуема. Ясных перспектив выхода из нее пока нет. Все это порождает в нас тревогу.

Ретравматизация. В такой обстановке у многих людей активируются старые травмы, как отмечает клинический психолог, эксперт в области травматерапии и автор метода интегративной соматической психологии Раджа Сельвам. Напоминают о себе травмы, связанные с угрозой жизни и утратой (травмы медицинского характера, опыт жертв насилия, голода, травмы нарушенной привязанности и другие). Более того, ситуация пандемии — еще и триггер для поколенческих и коллективных травм, например, связанных с войнами и голодом. Конечно, в России отголоски масштабных исторических бедствий все еще сильны — стоит только вспомнить, как весной побежали закупать гречку те, кто помнит девяностые.

Информационное давление. Пандемия создает напряженный общий фон, в котором мы «варимся» ежедневно. СМИ и социальные медиа ощутимо усиливают общую тревожность и стресс.

Недостаток социализации. Из-за необходимости изоляции мы ограничиваем физические контакты, кто-то почти лишился общения — в то время как это важная потребность человека. Невозможность оставаться в эмоциональном контакте с достаточно широким кругом людей усиливает стресс.

Соматические проявления. Общая взвинченность сопровождается дисрегуляцией на физическом уровне, возникают телесные проявления, на фоне стресса нередко обостряются хронические заболевания.

«Коронавирусный синдром»: чем нам еще грозит пандемия?

ПТСР на фоне тревоги

Итак, вирус несет смертельную опасность, а фоновый стресс слишком сильный, и все вместе серьезно сказывается на состоянии психики. Поэтому вероятным следствием пандемии может стать ПТСР — как у переболевших, так и у их родных, у медицинских и социальных работников, у тех, кто просто наблюдает за происходящим. Мы привыкли считать, что время лечит. Но даже окончание пандемии не будет означать, что все позади1.

У людей с восприимчивой психикой стресс уже запускает мозговые процессы, в результате которых травматические воспоминания внезапно возникают повторно и нарушают психическое здоровье. Такие «флешбэки» и ряд других проявлений составляют клиническую картину ПТСР.

В нашей стране используется и другой термин: «социально-стрессовое расстройство» (ССР). В чем разница? У тех, кто пережил войну, может развиваться расстройство посттравматическое. Но когда на нашу психику влияют большие социальные изменения (наподобие тех, которые мы переживали в девяностые), можно говорить о социально-стрессовом расстройстве. Его проявления схожи с ПТСР, и развивается оно одновременно у большой группы людей2.

2. Влияние коронавируса на психику

Воздействие вируса на центральную нервную систему и мозг пока недостаточно изучено. Однако уже сейчас данные позволяют говорить о психических проблемах, связанных с COVID-19.

У тех, кто переболел коронавирусом, проявлялись не только нарушения сердечно-сосудистой и дыхательной систем. В некоторых случаях возникали психозы, связанные с нарушением кровообращения, — мозг переставал получать необходимое «питание». Многие отмечали перепады настроения, появление депрессивных или тревожных эпизодов.

С этой точки зрения интересны самонаблюдения психологов. Некоторые из них поделились рассказами об ощущениях, которые возникали в процессе болезни.

«Сознание было как будто погружено в скафандр»

«Началось с симптомов ОРВИ, в легкой форме. Затем нагрянул страх, очень странный: могла смотреть комедийный сериал, смеяться — и вдруг становилось страшно, этот страх шел откуда-то изнутри. Наверное, из-за нехватки кислорода, вызванной вирусом.

Потом наступила слабость, не хотелось и даже сложно было думать, мысли расплывались — невозможно было сосредоточиться, ощущала себя как в вакууме. Восприятие изменилось, запахи и вкус пропали, в некоторые моменты было ощущение дереализации (когда ты существуешь, будто существуешь отдельно от тела). Хотелось много спать и ни о чем не думать.

Вирус удивил тем, как ощутимо он воздействует на психические процессы. Я чувствовал тревогу, тягучий страх, рассеянность

Так продолжалось дня три. Затем настроение улучшилось, вернулось ощущение реальности. Сейчас состояние меняется наплывами. Бывает 2 дня все хорошо, потом 1 день снова апатия, депрессия, страх. А потом снова вроде ничего. А ночами — бессонница», — рассказывает Лилия Степанова, нейропсихолог.

«Для нас все прошло относительно легко, но вирус удивил меня тем, как ощутимо он воздействует на психические процессы. Пока COVID-19 атаковал мои клетки, сознание было как будто погружено в скафандр. Я чувствовал тревогу, тягучий страх, рассеянность. И в какой-то мере это сохраняется до сих пор.

Мои близкие и переболевшие клиенты отмечают и другую «побочку»: бессонницу, подавленность, вегетативные нарушения, явное снижение когнитивных функций», — говорит психолог Лев Григенч.

Почему это происходит?

Люди напуганы уже самим фактом пандемии, глобальными переменами и социальными ограничениями. Когда к этому добавляется тяжелая форма заболевания, человек переживает прямую угрозу жизни, а вирус вызывает органические изменения, есть вероятность возникновения нейропсихиатрических патологий.

Например, большого депрессивного расстройства, биполярного расстройства, различных психозов, обсессивно-компульсивного расстройства и посттравматического стрессового расстройства, пишет нейрофизиолог, профессор Университета Манчестера Алексей Верхратский в статье, подготовленной в соавторстве с итальянскими коллегами.

Звучит угрожающе? На самом деле это вовсе не значит, что именно COVID-19 несет какую-то особенную угрозу психике. Таковы возможные последствия влияния многих респираторных вирусов на организм, центральную нервную систему. О том, какую роль играет грипп в развитии биполярного расстройства и шизофрении, ученые задумались еще в начале XX века, после пандемии «испанки» в 1918-1920 годах.

Обращение к специалисту — не показатель слабости, а проявление ответственности перед собой и близкими людьми

«У тех, кто перенес COVID-19 в средней или тяжелой клинической форме, риск определенных психических проблем действительно повышен. Но, по сути, любая системная патология (то есть пневмония, травма, сепсис, кишечные патологии и другие) может привести к быстрому нарастанию нейродегенерации и когнитивных нарушений, особенно у людей пожилого возраста», — считает профессор Верхратский.

Не теряем оптимизм

Итак, общий тревожный фон и социальные ограничения определенно влияют на психику — это важно учитывать. И сам вирус (как и многие другие заболевания) способен ухудшить психическое состояние человека. Но это не означает, что нас ждет пандемия психозов.

Вывод очевиден: даже тем, кто не сталкивался раньше с ментальными проблемами, стоит быть внимательнее к своему состоянию. Обращение к специалисту — не показатель слабости, а проявление ответственности перед собой и близкими людьми.

Долго ли нам еще жить в тревоге? По мнению эксперта, все не так плохо, как может казаться. «Мы уже добились огромного прогресса в клиническом лечении, и у нас уже есть вакцина, что было бы невозможно даже 50 лет назад. Пожалуйста, без пессимизма. Мы это преодолеем».


1 https://www.nature.com/articles/s41398-020-00949-5

2 https://www.rmj.ru/articles/psikhiatriya/Koronavirusnyy_sindrom_profilaktika_psihotravmy_vyzvannoy_COVID-19/#ixzz6fkmUDPaW

Алексей Верхратский

Об эксперте

Алексей Верхратский — нейрофизиолог, профессор Манчестерского университета.