Три причины не верить в Бога

«Как вы, человек столь близкий к христианской традиции и знающий евангельские каноны, можете утверждать, что не верите в Бога?» Когда мне задают этот вопрос, в ответ я могу назвать сотню причин, но трех, кажется, вполне достаточно.

Первая причина — самая банальная, но и самая значительная — это необъятность зла и горя в этом мире. В нем слишком много ужаса, страдания и жестокости. И все это вина человека? Без сомнения, но дело не только в нас.

Сама природа безжалостна. Безжалостен мир, в котором мы живем. Возможно ли представить, чтобы Бог захотел устроить все эти землетрясения, страшные болезни, страдания детей, немощь стариков? Значит, либо Бог несправедлив, либо он не всемогущ. А если Ему не хватает могущества или сострадания, значит, он глубоко несовершенен — какой же это Бог!

Моя вторая причина не верить в Бога — это сама натура человеческая, скорее смешная и жалкая, чем злая. Я слишком хорошо себя знаю и испытываю к себе слишком мало уважения, чтобы возомнить себя божьей тварью.

Стал бы Он так утруждать себя ради столь посредственного создания? Могла ли великая сила породить такую убогость? Я пытаюсь быть достойным и приличным человеком и, без сомнения, не считаю себя много хуже остальных людей. Но просто быть приличным человеком — как это ничтожно, как это жалко!

Любая религия строится на желании жить вечно или, точнее, не исчезнуть в никуда после смерти и желании быть любимыми

Третья причина, когда я говорю о ней, она звучит абсурдно. Моей вере в Бога больше всего мешает то обстоятельство, что мне очень хотелось бы действительно верить в его существование.

Еще бы, ведь у веры так много преимуществ. Как было бы чудесно, если бы Господь раздавал людям по справедливости, поощряя добродетель, карая зло и помогая в слабости! Как было бы чудесно, если бы все мы чувствовали себя любимыми! Если бы любовь была столь же сильна, как смерть, а то и сильнее — не в этом ли главная благая весть?

Любая религия строится на наших самых заветных желаниях — желании жить вечно или, точнее, не исчезнуть в никуда после смерти и желании быть любимыми. И именно поэтому вера вызывает подозрения.

Выводы напрашиваются сами собой: вера, построенная на самых заветных желаниях, без сомнения, создана только для того, чтобы успокоить, утешить и обнадежить нас — пусть даже одним лишь обещанием исполнения этих желаний.

Такова суть иллюзии, которую Фрейд определяет как «вера, порожденная человеческими желаниями». Питать иллюзии — значит принимать желаемое за действительное. Невозможно желать чего-либо больше, чем мы желаем существования Бога.

Ничто так не подпитывает наши иллюзии, как вера в Него. И то, как сильно я — как и другие люди — хочу верить в существование Бога, — уже причина, достаточная для того, чтобы не верить в Него. Бог слишком прекрасен, чтобы существовать на самом деле.