Книги на февраль: выбор Psychologies

Конец зимы, даже такой нестандартно теплой, как нынешняя, — не самое простое время. Чтобы его пережить, требуется усилие, рывок, ресурсов на который не всегда хватает. Восполнить их помогут несколько вечеров за интересной книгой.

Становление

«О теле души» Людмилы Улицкой

После полубиографической книги «Лестница Якова» Людмила Улицкая объявила, что больше не возьмется за крупную прозу. И действительно, выпустила не роман, а сборник из 11 новых новелл. Это прекрасная новость: рассказы Улицкой, с их плотно сжатой пружиной частной истории, остаются в душе надолго. Мало кто способен так точно раскрыть в лаконичном сюжете суть человеческой натуры, показать в нескольких штрихах — судьбу.

Вот рассказ «Серпантин» (с личным посвящением Екатерине Гениевой) — о талантливой женщине, филологе, библиографе, которая постепенно начинает забывать слова и их значение. Представляете, что для библиотекаря значит слово? Улицкая удивительно метафорично, но при этом почти осязаемо описывает, как героиня шаг за шагом движется по серпантину своих ускользающих воспоминаний в мерцающий впереди туман забвения. Писательнице удается нарисовать словами контурные карты человеческого сознания, и это производит очень сильное впечатление.

Или, например, написанный после поездки по Нагорному Карабаху «Дракон и Феникс», где вместо неразрешимого конфликта между армянами и азербайджанцами — преданная и благодарная любовь двух подруг.

Нужна определенная смелость, чтобы решиться заглянуть за горизонт, и большой писательский талант, чтобы описать увиденное

В рассказе «Благословенны те, которые...» пожилые сестры, разбирая рукописи своей ушедшей матери-лингвиста, наконец заговаривают о том, что держали в себе всю жизнь. Утрата оборачивается утешением и обретением, потому что позволяет стряхнуть обиды и гордыню и увидеть, насколько все трое нуждались друг в друге. Новелла о поздней любви «Алиса покупает смерть» — история прожившей долгую жизнь одинокой женщины, у которой волею судьбы появляется маленькая внучка.

Затрагивая вопросы близости, родства душ, дружбы, Людмила Улицкая неизбежно касается и темы разлуки, завершения, ухода. Материалист и биолог с одной стороны, и писатель, верящий как минимум в талант и вдохновение, — с другой, она исследует то пограничное пространство, где тело расстается с душой: чем старше становишься, тем сильнее оно притягивает, говорит Улицкая. Нужна определенная смелость, чтобы решиться заглянуть за горизонт, и большой писательский талант, чтобы описать увиденное.

Смерть, устанавливающая границы, и любовь, отменяющая их, — два вечных мотива, которым писательница нашла новое обрамление. Получился очень глубокий и при этом светлый сборник сокровенных, пропущенных через себя историй, которые хочется перечитывать.

Людмила Улицкая, «О теле души». Редакция Елены Шубиной, 416 с.

Портрет

«Серотонин» Мишеля Уэльбека

Чем так цепляет читателей этот мрачноватый француз, раз за разом описывающий угасание личности своего героя-интеллектуала средних лет на фоне заката Европы? Смелостью высказываний? Прозорливой оценкой политической ситуации? Мастерством стилиста или горечью усталого умного человека, которая пропитывает все его книги?

Известность пришла к Уэльбеку в 42 года с романом «Элементарные частицы» (1998). К тому моменту выпускник агрономического института успел развестись, посидеть без работы и разочароваться в западной цивилизации и жизни в целом. Во всяком случае, тему безысходности Уэльбек отыгрывает в каждой книге, включая «Покорность» (2015), где описывает превращение Франции в исламскую страну, и роман «Серотонин».

Прежде насыщенная эмоциями жизнь превращается в последовательность механических действий на фоне серотониновой анестезии

Его герой, раздраженный на весь мир Флоран-Клод, получает от врача антидепрессант с гормоном счастья — серотонином, и отправляется в путешествие по местам юности. Он вспоминает любовниц и даже мечтает о новых, но «белая таблетка овальной формы… ничего не создает, не видоизменяет; она интерпретирует. Все окончательное делает проходящим, неотвратимое — случайным...»

Прежде насыщенная эмоциями жизнь превращается в последовательность механических действий на фоне серотониновой анестезии. Флоран-Клод, как и прочие бесхребетные европейцы, по Уэльбеку, способен лишь красиво говорить и сожалеть об утраченном. Он жалеет и героя, и читателя: им и помочь-то нечем, кроме как проговорить и осознать происходящее. И этой цели Уэльбек бесспорно достигает.

Мишель Уэльбек. «Серотонин». Перевод с французского Марии Зониной. АСТ, Corpus, 320 с.

Стойкость

«Мы против вас» Фредрика Бакмана

История о противостоянии хоккейных команд двух шведских городков — сиквел романа «Медвежий угол» (2018), и поклонники встретят знакомых героев: юную Маю, ее отца Питера, когда-то вырвавшегося в НХЛ, хоккеиста от бога Беньи... Команда юниоров, главная надежда городка Бьорнстад, почти в полном составе перешла в соседний Хед, но жизнь продолжается.

Следить за развитием событий интересно независимо от того, любите ли вы хоккей и в курсе ли фабулы предыдущей книги. Бакман использует спортивный сюжет для разговора о наших комплексах и страхах, стойкости и мотивации. О том, что в одиночку добиться чего-то почти невозможно, можно только не дать себя сломать. А дальше придется вновь объединиться, чтобы достичь результата.

Перевод со шведского Елены Тепляшиной. «Синдбад», 544 с.

Дружба

«Воздух, которым ты дышишь» Франсиш ди Понтиш Пиблз

Завораживающе музыкальный роман американской бразильянки Пиблз о женской дружбе и проклятом даре большого таланта. 95-летняя Дориш вспоминает о нищем детстве на сахарной плантации в 20-е годы и о господской дочке Грасе. Амбициозная Граса и упорная Дориш дополняли друг друга — у одной божественный голос, у другой — чувство слова и ритма; одна умела заворожить публику, другая — продлить эффект, но каждой отчаянно хотелось признания другой.

Соперничество, восхищение, зависимость — эти чувства и сотворят из провинциальных девчонок легенду Бразилии: Граса станет великой исполнительницей, а Дориш напишет для нее лучшие песни, вновь и вновь проживая их неравную дружбу, предательство и искупление.

Перевод с английского Елены Тепляшиной, «Фантом Пресс», 512 с.