Я за рулем больше 20 лет. Когда начинала водить, это была смесь ужаса и восторга. Было страшно, что не справлюсь с управлением, куда-нибудь улечу, машину мне побьют или я кого-то стукну. И я испытывала восторг от того, что сижу и одновременно перемещаюсь, легко управляю этой махиной…
Затем появилась зависимость: я езжу на машине всегда и везде. Она меня защищает от погоды, от толпы, от необходимости таскать тяжести. Я могу слушать музыку, которую люблю, и вообще мне в машине хорошо…
Мы ездим так, как живем
Если на улице, в транспорте мы готовы пропускать, внимательны и предупредительны, мы так же будем вести себя и на дороге. Я, к примеру, оставляю перед собой довольно большое расстояние, и меня легко подрезать.
Я стараюсь пропускать других, вижу людей (другие машины) справа и слева. И для того, чтобы вдруг начать вести себя агрессивно, мне надо как-то специально с собой договориться — это происходит, когда я слишком спешу.
Во время движения водитель и автомобиль становятся единым целым, и получается, что машина — это я, а другие машины — это другие люди. И на дороге между этими «кентаврами» — человеко-машинами — постоянно происходит общение. В потоке машины подчиняются законам толпы. Очень плотный поток (без стоячих пробок) — царство стресса. Там начинают действовать «волчьи» законы.
Чем машина больше, тем она наглее. Подрезал — будешь наказан. Если кто-то едет медленнее потока, он — идиот, его все презирают и популярно объясняют ему это… Как и в толпе, в потоке мы становимся злобными и агрессивными.
Сохранять достоинство и вести себя корректно удается немногим — обычно тем, кто очень хорошо водит, профессионалам, которые научились не идентифицировать себя с толпой, как хирурги, которые умеют не умирать с каждым своим пациентом.
Другое дело, когда все встало — из-за ремонта дороги, аварии или перекрытия проезда для высокопоставленных лиц. Водители в этих ситуациях становятся солидарнее, поскольку у них появляется общий внешний враг. Машины начинают двигаться через одного, пропускают тех, кто должен вклиниться в поток, откликаться на просьбы, сигналы. То есть мы стараемся вести себя благородно, как люди, которые уважают других людей».
Синдром одиночества
Новичкам бывает сложно оставаться один на один с дорогой. Со мной сначала ездил муж. Когда он не мог, я сажала собаку. Так мне было легче.
Хулиганы за рулем
Есть мнение, что женщина за рулем — катастрофа. На мой взгляд, гораздо опаснее за рулем хулиганы. Я регулярно вижу людей со смартфонами в руках, которые что-то читают или пишут, разговаривают не по громкой связи, набирают сообщения, устраивают гонки… Вот что ужасно, вот за что надо наказывать.
«Сказать спасибо»
Для европейцев это естественно — благодарить и договариваться: они всегда были вынуждены это делать, у них маленькая территория, на которой нужно уживаться. А у русских такого никогда не было: что-то не понравилось — взял и переехал, земли-то много.
Эта особенность в сознании сохранилась и у нас. Хотя поблагодарить, помигать аварийкой, поднять руку — все это чудесные знаки внимания. У меня была идея сделать бегущую строку на заднем стекле, которая всех бы успокаивала, типа: «дорогие попутчики…».
Системный семейный психотерапевт, член правления Общества семейных консультантов и психотерапевтов, автор ряда книг, в том числе «Введения в системную семейную психотерапию»
