Запрет соцсетей для детей — это благо или вред? Вот что о глобальном тренде думают психологи

Где запрещают соцсети для детей

Идея запрета социальных сетей для детей становится все более популярной в разных странах мира. Эту меру уже приняли в Австралии — в конце 2025 года там запретили подросткам до 16 лет пользоваться социальными сетями, а летом 2026 года аналогичная мера была принята и французским правительством, но с ограничением до 15 лет.

Похожий запрет хотят принять во всех европейских странах: в июле 2026 года СМИ сообщили о планах Еврокомиссии законодательство запретить детям до 13 лет пользоваться соцсетями самостоятельно — только в образовательных целях или под присмотром родителей.

Будут ли запрещать соцсети детям в России — неизвестно, но политики такую вероятность не исключают. Под ограничения могут попасть не только социальные сети, но и чат-боты с использованием искусственного интеллекта. Чиновники объясняют необходимость такой меры не только «заботой о детях», но и глобальным трендом, который особенно заметен в западных странах. О том, чем полезна и вредна подобная инициатива для детей и подростков, Psychologies узнал у психологов и психотерапевтов.

Что о запретах думают психологи

«Запрет соцсетей для детей — это мера, которая целится в реальную боль общества, но бьет мимо»

Плюс, который я как психоаналитик могу выделить: до определенного возраста психика ребенка не развита для тех вещей, которые может сделать с ней лента соцсети. Соцсеть построена на прерывистом подкреплении — том же механизме, что удерживает взрослого у игрового автомата: лайки появляются непредсказуемо, и мозг подсаживается на ожидание награды. У взрослого хотя бы частично сформирована способность выдерживать это, но у ребенка ее нет вообще: он еще формирует свое «я», а лента подсовывает ему готовые чужие «я» для сравнения, круглосуточно и в отфильтрованном виде.

Отсюда у ребенка тревога, расстройства пищевого поведения, ощущение, что все в мире живут ярче него. В этом смысле отсрочка доступа, конечно, не прихоть родителей: она дает время психике добрать опору, прежде чем встретиться с машиной, заточенной эту опору расшатывать.

Например, признания, которого ему не хватает дома, или ощущения, что он кому-то нужен и интересен. Соцсеть занимает место там, где пусто, как и остальные зависимости. Помимо этого, есть еще два аспекта, на которые мне кажется важным обратить внимание:

1. Стыд, отстраненность и скрытность от родителей. Подросток всегда обойдет запрет: со смартфона друга, со второго аккаунта, втайне ночью или на посиделках, куда не дотягивается родительский взгляд. Но теперь к самому сидению в сети добавляется тайна от родителей. Ребенок привыкает, что важную часть своей жизни он от них прячет, а стыд ранит психику сильнее, чем сам контент соцсетей. Так родитель теряет доверие ребенка, а это именно та причина, по которой он мог бы прийти ко взрослому, когда в этой сети случится что-то плохое.

2. Пример самих родителей. Дети усваивают не правила, а поведение. Они копируют то, что видят, а не то, что им говорят. Если взрослый сам постоянно залипает в телефоне, отвечает ребенку, не отрываясь от ленты рилс, а потом требует «положить гаджет», запрет считывается не как забота, а как лицемерие. Работающая версия: общие для семьи договоренности, например, ужин без телефонов, хотя в современном мире этого тоже может быть недостаточно.

Запретить сам «экран», не заполнив эту дыру — значит убрать симптом, не вылечив причину. Подросток либо обойдет запрет тайком (но тогда к переживаниям добавятся стыд и отстраненность от родителей), либо найдет, чем еще заткнуть эту дыру. Это будет алкоголь, наркотики, плохая компания или разрушающий объект романтической влюбленности.

Поэтому мой ответ такой: возрастная отсрочка имеет смысл только вместе с работой родителей над тем, чтобы дома было тепло, внимание и интерес к ребенку. Запрет без этого — попытка наклеить пластырь на пулевое ранение и закрыть глаза на последствия и свою ответственность в этом. Запрет как фора, за которую родители успеют выстроить с ребенком живую опору, прежде чем бросить его на растерзание современности, — работающая мера.

«Чем старше становится ребенок, тем больше ему необходимо свобод — это нормальная часть взросления»

Запрет соцсетей, на первый взгляд, принимается как забота о детях. Согласен, что в младшем возрасте (до 10 лет) контроль оправдан и функционален. Ребенок не способен самостоятельно оценивать цифровые угрозы:

• мошенничество;

• манипуляции;

• подмену идентичности в сети.

Но чем старше становится ребенок, тем больше ему необходимо свобод — это нормальная часть взросления. В подростковом возрасте приватность становится условием нормального психического развития. Полный запрет соцсетей не защитит детей от опасности в интернете, потому что они найдут, как обойти эти запреты. Современные дети иногда разбираются в современных технологиях лучше многих взрослых. А запрет научит их врать и скрываться. Системно более эффективной стратегией является формирование устойчивых поведенческих моделей.

Я думаю, что нам, как взрослым, нужно создавать безопасную цифровую среду для детей, а не ограждать их от нее. Так же, как и в обычной жизни: не запрещать детям совсем не выходить на улицу, где их может покусать собака или задавить машина, а построить безопасную, огороженную детскую площадку с видео-наблюдением.

Проблема избыточного экранного времени имеет ту же природу. Прямой запрет гаджетов неэффективен, поскольку не устраняет причину. Цифровая среда выигрывает за счет мгновенного вознаграждения и минимального усилия. Реальная деятельность требует входного порога: усилия, времени, социальной координации. Без альтернатив запрет усиливает фиксацию на устройстве. Рабочая модель — создание офлайн-среды, сопоставимой по уровню вовлеченности.

«Если мы хотим защитить детей от цифровой зависимости, мы должны научить их критическому мышлению, а не просто ограничивать»

Основной плюс запрета соцсетей для детей — защита психики на этапе формирования. Подростковый возраст — период, когда формируются самооценка, идентичность и навыки регуляции эмоций. В соцсетях ребенок сталкивается с тем, к чему психика еще не готова. Алгоритмы подбирают самый эмоционально заряженный контент, культура лайков и сравнений подменяет живое общение. Использование соцсетей подростками связано с ростом тревожности, депрессии и нарушений сна, особенно у девочек. Это не просто «вредно» — это прямое воздействие на незрелые структуры мозга, отвечающие за контроль импульсов и критическое мышление.

Соцсети создают «бесконечную ленту сравнения»: ты видишь идеальные жизни других и чувствуешь себя хуже. Алгоритмы подсовывают контент, который цепляет за больное — страх быть некрасивой, непопулярной, неуспешной. Запрет в таком случае дает время, чтобы научиться выстраивать отношения в реальном мире, понимать эмоции собеседника и свои чувства, выдерживать неопределенность и конфликты.

Минус же в том, что запрет не учит, а изолирует. Главный риск запрета — он не дает ребенку выработать иммунитет. Вместо того чтобы научиться распознавать манипуляции и регулировать свое время, подросток просто оказывается в вакууме.

Для современного подростка соцсети — не просто развлечение, а среда обитания. Там формируются группы по интересам, там ищут поддержку, которую не всегда могут дать взрослые. Подростки, лишенные доступа, либо найдут обходные пути (что усилит скрытность), либо окажутся отрезанными от значимой для них коммуникации. Вместо помощи мы получим чувство несправедливости, непонимания и одиночества, особенно у тех, кто не находит поддержки в живом мире. Это как запретить ребенку выходить на улицу, чтобы он не попал под машину. Безопасно? Да. Но он никогда не научится переходить дорогу.

Любой запрет должен быть умеренным и осознанным и имеет смысл только в комплексе с образованием. Детям нужно объяснять, как работают алгоритмы, зачем соцсети используют их время, как отличить правду от манипуляции. Иначе говоря, запрет — это всегда внешний контроль, а устойчивость рождается из внутреннего. Если мы хотим защитить детей от цифровой зависимости, мы должны научить их критическому мышлению, а не просто ограничивать.

Настоящая защита состоит не в том, чтобы убрать телефон, а чтобы дать ребенку опыт, где он чувствует себя ценным и без лайков. Где есть живые разговоры, доверительные взрослые, интересные занятия. Соцсети — не враг, а инструмент. И наша задача — не запретить инструмент, а научить им пользоваться, не ломая себя. Иначе эффект будет временным. Подумайте, какому навыку в отношении соцсетей вы могли бы научить ребенка. Это первый шаг на пути к его самостоятельности без потери доверия к вам.

«Эффективнее не полный запрет, а постепенное обучение цифровой грамотности»

На мой взгляд, самый весомый плюс возрастных ограничений на социальные сети заключается в том, что они снижают риск формирования поведенческой зависимости.

Алгоритмы социальных сетей построены так, чтобы удерживать внимание как можно дольше. Для мозга подростка, у которого системы самоконтроля еще продолжают развиваться, это особенно сложно. Если ребенок проводит по несколько часов в бесконечной ленте коротких видео, ему становится труднее:

• выдерживать скуку;

• концентрироваться на учебе;

• получать удовольствие от обычной жизни.

В моей практике родители нередко рассказывают, что после нескольких дней без социальных сетей ребенок сначала испытывает раздражение, а затем снова начинает читать, гулять, играть в настольные игры или общаться с друзьями офлайн. Это говорит о том, что внимание постепенно возвращается к более разнообразным источникам удовольствия.

Но есть и серьезный риск полного запрета. Подростковый возраст — это время, когда общение со сверстниками становится одной из главных психологических потребностей. Если все одноклассники договариваются о встречах, обсуждают школьные события или просто поддерживают контакт в социальных сетях, а один подросток полностью исключен из этого пространства, он может почувствовать себя изолированным. В психологии это называют социальной депривацией — ограничением значимых социальных контактов. Такой подросток рискует стать не более защищенным, а более одиноким.

Поэтому я считаю, что эффективнее не полный запрет, а постепенное обучение цифровой грамотности. Задача взрослых — не только ограничить время в сети, но и научить ребенка понимать, как работают алгоритмы, распознавать манипуляции, соблюдать баланс между онлайн- и офлайн-жизнью и обсуждать увиденное без страха наказания. Именно такие навыки будут полезны ему и в подростковом возрасте, и во взрослой жизни.

«Правила надо пересматривать каждые несколько месяцев, а не однажды объявлять вечное „нельзя“

Я против полного и одинакового запрета соцсетей для всех детей до 18 лет. У такого решения есть понятный плюс: оно создает внешний барьер там, где внутренний самоконтроль еще просто не сформирован.

Дело в том, что ребенок 10-12 лет хуже взрослого останавливается на одной короткой видеозаписи или одном уведомлении. Бесконечная лента построена на переменном подкреплении (награда появляется непредсказуемо), и мозг снова и снова тянется проверить экран. Отсюда сбитый сон, раздражительность, падение концентрации и болезненное сравнение себя с чужой отредактированной жизнью. В таком случае ограничение реально может защитить.

Подросток не перестает туда заходить — он учиться скрывать аккаунт, ставит другой возраст, берет телефон друга, уходит в закрытые чаты. И вот вроде бы уже контроль уже введен, а взрослый фактически потерял возможность увидеть, с кем общается ребенок и что с ним там происходит. Опасность просто переезжает из открытого профиля в теневой.

Это хуже — в моей практике тревожные ситуации начинаются не с количества часов как такового, а когда цифровая жизнь вытесняет обычную, так как ребенок:

• перестает спать;

• бросает кружки;

• не идет в школу;

• становится агрессивным при попытке забрать телефон;

• без ленты чувствует пустоту и тревогу.

Запрет в таком состоянии иногда нужен как экстренная мера, но вместе с ним нужна помощь, разговор и понятная замена, иначе мы забираем привычный способ успокаиваться, а новый не даем.

Для подростка соцсети — давно уже не только развлечение. Там общается класс, появляются дружба и первая влюбленность, там он ищет принадлежность. Если просто выдернуть его из этой среды, можно получить изоляцию, стыд и ощущение, что «все живут, кроме меня». Особенно это больно детям, которым и офлайн трудно заводить друзей.

Маленьким детям — жесткие технические ограничения и родительский доступ. Подросткам — постепенная самостоятельность:

• закрытый профиль;

• запрет переписки со взрослыми незнакомцами;

• телефон вне спальни ночью;

• обговоренное со взрослыми время без экрана;

• обсуждение травли, сексуализированного контента, мошенничества и того, как алгоритм цепляет внимание.