Песня «Ты не бойся ночи»: в чем смысл вирусного трека из соцсетей

Хотя композиция сделана через ИИ — в использовании нейросетей, к слову, подозревают и Мота, создавшего песню «Шадэ» — этот факт едва ли повлиял на ее популярность: многие признаются, что она ассоциируется у них с детством, родительским домом и даже небольшими городками, в которых они выросли и по-прежнему любят, как бы ни была там плоха жизнь. Другие же честно говорят, что ненавидят этот трек из-за того, что он «имеет вайб нищеты и поножовщины»:

• «Песня „Ты не бойся ночи“ ощущается как семейный инцест, опека, приставание взрослого мужика к девочке и так далее. Когда я ее слышу, мне физически становится плохо — это что-то из разряда „Дарите женщинам цветы“, „Базовый минимум“, „Я экспонат“»;

• «Музыка — это не паспорт личности. Иногда нужен красивый вокал, иногда — грязный бит. Иногда — чтобы кто-то орал так, будто у него мигрень. Слушайте, что хотите. Кроме „Ты не бойся ночи“ — тут я все-таки осуждаю»;

• «Чтобы вы выбрали — никогда не быть счастливым или песня „Ты не бойся ночи, ведь я рядом“ буквально всегда будет у вас в голове, в наушниках, во всех такси и местах в городе всю вашу жизнь? Конечно, „Ты не бойся ночи“! Любимый на СВО, я на речке с арбузом и воблой, этот трек орет из колонки на весь район, в сторис „Береги себя, мой родной“, а вечером с его зарплаты оформляю заказ на WB на 50 тысяч»;

• «Села в автобус, а тут эта песня. Я сейчас с ума сойду».

И хотя сложно разбирать песни без реального исполнителя и сгенерированные через искусственный интеллект, Psychologies все-таки попытался понять, в чем психологический феномен популярности песни «Ты не бойся ночи» — и обратился с просьбой разобраться в этом клинического психолога Ирину Меркулову, которая подсветила неочевидные смыслы вирусного трека.

Про что песня «Ты не бойся ночи»: психологический разбор

Почему песня «Ты не бойся ночи» стала популярной

Если разбирать песню с точки зрения психологии, смысл здесь не в самой ночи. Ночь — это образ тревоги, одиночества, неизвестности и непонятности происходящего, момента, когда человек остаётся один без всяких опор. В ответ на это состояние звучит обещание, что рядом есть тот, кто поможет, защитит и вместе переживет трудное время.

Сначала человек, слушая песню, как будто оказывается в небезопасном, непонятном пространстве, а затем получает поддержку. Этот переход хорошо слышится даже при первом прослушивании.

Музыка тоже сильно влияет на состояние. Неторопливый темп, повторяющаяся мелодия, мягкое звучание создают ощущение убаюкивания. При повторном прослушивании песня «Ты не бойся ночи» быстро становится знакомой и воспринимается спокойнее, безопаснее. Поэтому ее хочется включать снова и снова, даже если человек не вслушивается в слова, а просто слушает фоном.

Почему песня «Ты не бойся ночи» стала символом жизни «нормисов»

Ролики под песню «Ты не бойся ночи» стали снимать из-за контраста, который вшит в такой контент. Песня обещает тепло, защиту, присутствие близкого человека, а зрителю показывают другую реальность, в которой этих опор может не хватать. Чем спокойнее и нежнее звучит музыка, тем ярче воспринимается картинка: даже если она мрачная или нелепая, на спокойном фоне мозг воспринимает ее сильнее.

Кроме того, такие ролики помогают выразить состояние, которое напрямую описать трудно. Человек не будет писать длинный текст: «Я устал, мне тревожно, моя жизнь кажется однообразной, я не справляюсь». Вместо этого появляется ролик с типичным двором, маленькой квартирой, вечерним магазином, и звучит знакомая песня. Музыка становится переводчиком состояния и для того, кто сделал ролик, и для того, кто его посмотрел.

Юмор здесь выполняет защитную функцию. Он не устраняет реальную проблему, но позволяет немного от нее отстраниться и снизить напряжение. Когда люди повторяют один формат, возникает чувство: я не один, так живут и другие. Тяжелый жизненный опыт превращается в понятный другим культурный образ.

Вирусным стал не просто мотив — люди получили удобный способ показать сложное состояние: внешне жизнь продолжается как обычно, а внутри есть тревога и усталость, и рядом звучит обещание, что это можно прожить. Это не объективный портрет города и не утверждение, что такова норма жизни, а, скорее, собирательный интернет-образ, узнаваемый по деталям, где-то преувеличенный, а где-то включающийся именно в контрасте.

Поэтому он становится популярным и позволяет человеку одновременно озвучить тяжелые, неблагополучные вещи, пошутить над ними и сделать так, чтобы переживания были понятны и приняты другими.

Почему музыка от нейросетей так популярна: хороший и плохой пример от главного редактора Psychologies.ru

Несколько месяцев назад я довольно лестно отзывался об одной нейропесне — «Шадэ». При всей очевидной искусственности вокала, она тем не менее полна какой-то витальной энергии и схватывает определенное настроение, в котором многие из нас иногда пребывают: что-то лирично-романтичное, ощущение легкости внутри состояния влюбленности, так скажем.

Но до сего дня это по-прежнему единственный ИИ-хит, который я готов защищать. Он выдает у авторов — или их нужно назвать «промпт-инженерами»? — чувство вкуса и какую-то благородную цель, желание выразить нечто, что важно для создателей и аудитории. ИИ в нем как будто выступает инструментом, раскрывающим замысел.

Подобные споры велись на заре электронной музыки в 1970–1980-е: вот ранние Depeche Mode — это же вроде не искусственно, да, а какие-нибудь Kraftwerk? А итало-диско?.. Где-то там музыканты нащупали грань, когда синтезатор и сгенерированные, не существующие в природе звуки перестали казаться проблемой: эмоция, нерв, смысл — всему нашлось место в разных стилях электронной музыки, вплоть до пауэр-нойза и дабстепа.

Но значительная часть электроники заняла нишу сугубо функциональную: под нее можно танцевать до утра или чиллить в финале рейва, или просто работать под ритмичный фон. Младенцы вон прекрасно засыпают под белый шум, который по сути всего лишь генерация монотонного гула.

Эта песня — сугубо функциональная вещь, обслуживающая очень простые слушательские цели («чтоб атмосферно звучало в машине»), но прикидывающаяся чем-то осмысленным и эмоциональным. Промпт-инженеры/авторы хита при этом неплохо заработают — миллиардерами не станут, но на хлеб с маслом и годовую подписку на Suno AI им хватит.

В Америке 1940-х набрало популярность направление Muzak («Мьюзак»): произведенная в промышленных масштабах ничего не значащая музыка для лифтов и торговых центров. Не отвлекает, ритм задает, шумы механизмов и электрических ламп скрадывает. Но мьюзак был категорически неуместен на дискотеках, в ресторанах или за романтическим ужином — мьюзак был просто фоном, рыночной нишей, которую увидели создатели и на которой заработали как раз вполне себе миллиарды.

Нейромузыка в наши дни — это такой мьюзак, который дерзнул пролезть в неположенные места. Дорожку ему прокладывают рилсы и тиктоки, которые без звукового сопровождения редко и плохо залетают, а оттуда узнаваемый, въевшийся в мозг трек перекочевывает в плейлисты в самых разных ситуациях. Раньше было «еду в лифте — нужен соответствующий фон», теперь стало «еду за рулем — нужна подходящая долбежка», подобных ситуаций можно придумать множество (кальяны, шашлычок, вечер на море и пр.).

Меня поразила история, которую я недавно прочитал в «Твиттере»: один пользователь рассказывал, как ехал междугородним автобусом, водитель которого всю дорогу крутил ИИ-песни своего «сочинения». И все эти песни были о том, что вот он водитель, он ведет автобус, у него жена, дома ждут дети и он сочиняет музыку, а мимо проносятся пейзажи.

Слушая ENZRO, Artem Smile или, прости господи, ВИА «Сочинские братки», мы тоже как бы напоминаем себе: у нас прямо сейчас есть какая-то цель, мы вот жарим мясо, или вот защищаем любимую женщину, мы существуем. Правда, водитель автобуса, сочиняя свои промпты и оценивая предложенные нейронкой варианты, хотя бы немного, но творит, как творят заигравшиеся дети, — а что делаем мы, когда это слушаем, вопрос открытый.