psyhologies.ru
тесты
текст: Алла Ануфриева 

Хибла Герзмава: «Я еще только учусь отдыхать»

Она любит экспериментировать и делать подарки. Один из таких подарков примадонна российской оперы преподнесет московской публике. Ее фестиваль, стартующий 6 февраля, – это три разноплановых концерта за три месяца на лучших площадках столицы. Мы поговорили с Хиблой Герзмавой перед открытием фестиваля. И получили неожиданно откровенное интервью.
Хибла ГерзмаХибла Герзма
Psychologies:  Получается, москвичи «отняли» вас у абхазских поклонников?
Хибла Герзмава:  Мой абхазский фестиваль ни в коем случае не останавливается, он обязательно будет летом. Просто у него очень короткий период: конец июля – август, и многим моим друзьям трудно найти время туда приехать. Да и москвичам интересно посмотреть меня в разных программах, а не только в спектаклях МАМТ. Раз в год мы с пианисткой Екатериной Ганелиной даем концерт в Малом зале консерватории, но этого, конечно, мало. И вот удалось организовать такой «выездной» фестиваль в Москве. Два концерта проходят в Большом зале консерватории. Это очень дорогое для меня место, моя альма-матер. Здесь я впервые выступила как оперная певица. А начинается фестиваль в Музыкальном театре им. К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко, где я выросла и до сих пор расту, живу. Это моя основная, домашняя сцена. Я счастлива перенести несколько спектаклей-концертов из своего абхазского дома в мою московскую жизнь. Для меня это очень важно – собраться со своими друзьями, спеть песенки…
Могу это понять, ведь у вас такая песенная родина – Абхазия, и музыкальность, похоже, у вас в генах. Но одно дело – петь в кругу друзей, а другое – сделать музыку своей профессией. Ваши родители ведь не были музыкантами?
Х. Г.:  Моя семья, и с маминой стороны, и с папиной, действительно музыкальная. Многоголосие, абхазские песнопения всегда звучали в доме. У папы был потрясающий бас, и мама тоже очень красиво пела, играла на рояле. Она, кстати, окончила музыкальную школу, но выбрала другую профессию. Мои родители учились в Сухумском университете, на факультете иностранных языков. У мамы был английский и абхазский, а у папы – немецкий, русский и абхазский. Там, в университете, они и познакомились, у них была какая-то сумасшедшая, большая любовь. И вот в Пицунде от этой красивой любви родилась я.
Так дочь-музыкант – это мечта родителей?
Х. Г.:  Я сама всегда хотела быть органисткой, ведь я выросла у органа. У нас в Пицунде стоит потрясающий храм, построенный еще в IX веке, а в нем – концертный зал и орган. Я жила рядом, воспитывалась на камушках у этого храма, слышала звуки органа и мечтала на нем играть. Наверное, родители восприняли мое желание как серьезный шаг и поддержали его. Я окончила музыкальную школу в Гаграх, а потом – Сухумское музыкальное училище как пианистка.
Но в Московскую консерваторию вы поступали уже как вокалистка.
Х. Г.:  Это произошло почти случайно. После маминого ухода – она умерла, когда мне было 16 лет – у меня вдруг появился голос. Раньше, конечно, я тоже пела, и в детстве, и в юности – эстрадные песенки, песни из кинофильмов, – пела и подыгрывала себе, сидя за роялем. Но после смерти мамы у меня открылся какой-то резерв, как будто мама передала мне свою силу. Появился грудной звук, круглый, более объемный, чем прежде. И мой педагог по фортепиано, услышав однажды, как я пою, – а я всегда приносила ему какие-то песенки, джазовые импровизации, которые писала ночью (я всегда очень любила джаз, он часто звучал у нас дома), – он вдруг взял меня за руку и привел к заведующей вокальным отделением нашего училища Жозефине Бумбуриди, и она стала моим первым вокальным педагогом. Она раскрыла меня, дала свою легкую школу. И я абсолютно подготовленная приехала на первый курс консерватории.

XIII Фестиваль «Хибла Герзмава приглашает…»

6 февраля в Московском академическом музыкальном театре им. К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко программа «Опера. Джаз. Блюз».

18 марта в Большом зале консерватории прозвучит Реквием Джузеппе Верди (Messa da Requiem) при участии Государственного симфонического оркестра Республики Татарстан, Государственной академической хоровой капеллы им. А. А. Юрлова (художественный руководитель Геннадий Дмитряк), дирижера Александра Сладковского и солистов: Хиблы Герзмавы (сопрано), солистки Большого театра Елены Манистиной (меццо-сопрано), солиста Большого театра Михаила Казакова (бас) и солиста Мариинского театра Евгения Акимова (тенор).

29 апреля в Большом зале консерватории состоится концерт «Viva l’Opera!». В сопровождении симфонического оркестра Московского академического музыкального театра им. К. С. Станиславского и В. И. Немировича-Данченко (дирижер Феликс Коробов) Хибла Герзмава (сопрано) и солист Большого театра Бадри Майсурадзе (тенор) исполнят арии и сцены из опер Джузеппе Верди, Франческо Чилеа, Джакомо Пуччини.

Источник фотографий: Архивы пресс-служб
P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

новый номерДЕКАБРЬ 2016 №11128Подробнее
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что нам хочет сказать наше бессознательноеЧто нам хочет сказать наше бессознательноеВ нем сомневаются со времен Фрейда, и тем не менее оно остается лучшей моделью для объяснения наших эмоций и поведения. Бессознательное говорит с нами на языке сновидений. Мы можем наладить с ним диалог без слов, заглянуть в него с помощью проективных тестов или анализа семейной истории. Все это – разные способы расслышать сигналы бессознательного, вступить с ним в контакт. Как это сделать самим или с помощью психотерапевта? Об этом – наше «Досье». Все статьи этого досье
Все досье