Диджитал-музей «Вокруг света»: вспоминаем 1999 год и «Матрицу»

Выбрать, что интереснее, оказалось сложно. Но я остановилась на 1999 году и выходе фильма «Матрица». Он стал и до сих пор остается не только киношедевром, но и носителем определенной философии, не теряющим актуальности и сегодня.

В 1999 году все уже ждали нового тысячелетия. Кто-то упоенно пересказывал пророчества о конце света, кто-то надеялся, что совсем недавние перипетии (мягко сказано, правда?) девяностых наконец-то позади, жизнь наладилась или вот-вот наладится насовсем уже, и впереди только лучшее. Откуда такая вера, что будущее окажется светлее, сытнее, добрее?.. Наверное, от усталости после бурных девяностых. А у молодых — конечно, еще и от ощущения, что жизнь только начинается.

Интернет тогда только-только начал проникать в жизнь — и доступ к нему был далеко не у всех. Мобильные телефоны, громоздкие и с кнопками, казались верхом совершенства и были тоже не у каждого. Но ощущалось, что технологии разгоняются, открывается новый мир, хотя и представить было невозможно, насколько сильно все поменяется благодаря этим самым технологиям.

И тут выходит «Матрица» (режиссеры и сценаристы — Лана Вачовски, Лилли Вачовски) — фильм, поражающий воображение.

Реальность, какой мы ее знаем, — модель, фикция, просто программа с картинкой. У человека может быть выбор — пребывать в неведении, считать себя участником событий и верить, что влияет на них, или выпить другую таблетку — и прозреть, увидеть иллюзорность мира, узнать, что его цинично используют и обманывают, в его программе все предопределено, он лишь игровой персонаж. Как если бы Марио или Пакман (кто знает олдовые игры ранней цифровой эры — поймет, о ком я), почему-то решили, что думают, решают и играют сами.

Позже, познакомившись с буддийской философией, я поняла, что многие идеи Вачовски перекликаются с древнейшими представлениями: о взаимозависимости всего и всех в Сансаре (которую мы считаем реальностью), о Пустоте (или Пустотности), постичь которую может лишь просветленный, осознавший всю условность и иллюзорность нашего мира. А еще о то, что все связано причинами и следствиями…

Этические вопросы, которые поднимает фильм, стары и давно знакомы человечеству: личная свобода и ее цена, способность сделать выбор и принять на себя его последствия, жертвенность и эгоизм, трусость и бесстрашие, ненависть и любовь. Но форма, в которую «завернули» все эти темы, стала не просто ультрасовременной — она, как сейчас кажется, даже опередила свое время. История о соблазнительном цифровом мире, в котором возможен беспредельный контроль, кажется пророческой.

Кастинг у фильма тоже удачный. Молодой Киану Ривс в роли Нео, харизматичный Лоренс Фишбёрн в роли Морфеуса, Кэрри-Энн Мосс aka Тринити…

«Матрицу» можно пересматривать много раз — и находить в ней что-то новое. Спустя 27 лет, в этом году, я ее пересматривала — буквально в мае. И ясно увидела, что среди прочих смысловых «слоев» там очень метафорично и вместе с тем четко показано взросление человека, становление личности. Но пока мы сами были молодыми, наивными и погруженными в иллюзии, как Нео в начале фильма, увидеть это так ясно было невозможно.

Для меня этот фильм надолго стал «римской империей» — темой для размышлений, пищей для фантазий, поводом пофилософствовать, прекрасным источником метафор и одним из способов посмотреть на мир.