Инфантилизм, боязнь близости, синдром Мюнхгаузена: почему мужчина обманывает — 6 главных причин
Фото
Unsplash

1. Инфантилизм

В детстве мужчина подвергался наказаниям за все подряд — теперь не знает: то, что он делает, — хорошо или плохо? Так что на всякий случай врет.

Я общалась с человеком, который врал «на голубом глазу», даже называя станцию метро или кафе, где сидит. Звонит с Пушкинской — говорит, что на Курской. Пьет кофе в «Шоколаднице» — говорит, что в «Пирогах». И главное — совершенно непонятно, зачем.

Что делать?

Всегда держите дома запасной десерт на случай, если он вдруг скажет правду. «Усыновите», читайте книжки про воспитание детей.

2. Страх одиночества

Партнер предает, изменяет, живет на два дома. Это, конечно, самый травматичный сюжет. Ревность включается на полную катушку, самооценка летит в бездну, и жизнь очень быстро становится кошмаром.

Не знаю, утешит ли вас мысль, что в таких случаях он врет не только вам, но и вашей сопернице, и более того, врет сам себе и сходит с ума от того, что не способен принять решение.

Мужчина самоутверждается и тут, и там, никому не доверяет. Если вы застукаете его на «месте преступления» — он станет убеждать вас и себя, что молчал, потому что боялся обидеть (типа благородный). На самом деле он смертельно боится только одного — остаться в одиночестве.

Что делать?

В принципе, это еще одна грань незрелости. Можно прощать, можно жалеть, можно запугивать. Но никто не гарантирует, что это не повторится, как только вы ослабите бдительность.

3. Синдром Мюнхгаузена

Обман выглядит довольно невинно, пока не задевает жизненно важных позиций. Обычно к этому склонны творческие натуры, болезненно зависимые от оценки окружающих.

Мужчина принимает желаемое за действительное. Записал в дневник удачную мысль — думает, что это начало романа. В юности подвизался рабочим сцены — теперь при каждом удобном случае говорит, что десять лет отдал театру.

Мой знакомый врач в молодости вечерами «бомбил» на своих жигулях (а кто из нас не подрабатывал, как мог?). Теперь в такси он садится с одной и той же фразой: «Я покажу дорогу: тридцать лет таксистом трубил».

Опасность подстерегает, если такой партнер соберется, например, взять кредит под свой мнимый опыт. То есть, если человек однажды удачно поменял квартиру, это не значит, что ему пора открывать агентство недвижимости. А он может думать именно так и свято верить в успех.

Что делать?

Пересмотрите фильм Марка Захарова «Тот самый Мюнхгаузен» и решите, подходит ли вам роль Марты.

4. Боязнь близости

Вранье как основа скандала. Цель — лечь спать в разных комнатах. Сложный ход, но психологи утверждают, что именно мужской страх близости лежит в основе многих недоразумений в паре.

Иезуитская схема: вы, как правило, не можете понять, из-за чего сыр-бор. Любая невинная претензия мгновенно метастазирует в конфликт. Самая ходовая схема:

— Мы договаривались, что ты забираешь ребенка из школы.

— Я? Когда? Первый раз слышу!

— Я ждала твоего звонка.

— У меня телефон разрядился.

— У тебя же зарядка с собой!

— Я ее в машине забыл.

И так далее. Вы расстраиваетесь: какой уж тут секс! На это и было рассчитано. Страх близости заставляет мужа моей подруги регулярно имитировать подпитие, зная, что жена не выносит запаха спиртного в постели.

Что делать?

Разберитесь с мужским либидо и с вашими отношениями. Ведь такие проблемы должны обсуждаться открыто, с обоюдной заинтересованностью сторон.

5. Отсутствие доверия

Игра — кто первый проколется. Разумеется, вы имеете гораздо больше причин не говорить всю правду во имя мира и спокойствия. Но партнер тоже может обладать отлично развитой интуицией при досадном дефиците эмпатии.

То есть, почуяв неладное, он не бросится выяснять, что именно вас не устраивает в вашей совместной жизни, а будет использовать ваше же оружие.

Вы придумали мигрень, чтобы не приглашать его маму? Он тоже найдет сто пятьдесят причин, чтобы не ехать к вашим родителям. Вы сказали, что пошли на девичник, а там были мужчины? Ну, дорогая, бани тоже не всегда раздельные.

Что делать?

Это тупиковый путь, характерный для пар, в которых ни одна сторона не готова разделить ответственность за отношения. Рано или поздно доверие утратится окончательно — и кто первый устанет, тот и уйдет.

6. Невроз

Партнер говорит, что придет в шесть, а приходит в девять; обещает, что сейчас перезвонит, — звонит через два дня; забывает про ваш день рождения, потом объявляется в десять вечера как ни в чем не бывало — «Ну, ты заказала столик? Я готов!»

Обижаться бесполезно — вы автоматически становитесь виноватыми: не позаботились, не напомнили, перепутали.

Партнер — законченный невротик (как вариант, нарцисс и манипулятор). На стадии влюбленности он группируется, потом опять живет как шаровая молния.

Что делать?

Относитесь к этому не как к пробелам в воспитании, а как к личностному ущербу. Возможно, какое-то время вы даже будете в тонусе: понятия не имеете, когда придет, придет ли вообще, что будете делать в выходные, куда поедете в отпуск и на что. Идеально — склонить к посещению специалиста (психолога, психотерапевта). Но, как ни крути, для семейной истории не лучший вариант.

Как избежать вранья

1. Поощряйте правду

Приветствуйте все ее проявления: признания, покаяния, любую посильную рефлексию. Работа еще та, но результат себя оправдывает.

2. Не реагируйте

Но так вы рискуете затаить обиду и стать жертвой невроза.

3. Повышайте самооценку

Поработайте над самооценкой партнера, а заодно и своей собственной. Уверенная в себе женщина вряд ли будет терпеть, чтобы ей не звонили, когда она ждет, не приходили, как договаривались, разбазаривали семейный бюджет и уж тем более изменяли.

4. Приучайте к ответственности

Обращайте внимание на все, что способствует созиданию в вашей паре. Даже если это просто внеурочный звонок, или заваренный на двоих кофе, или букет цветов по случаю годовщины вашего знакомства (пусть с опозданием на каких-то три дня).

5. Уважать личное пространство

Не изводите партнера подозрениями на правах когда-то им обманутой. Тогда вы можете требовать уважения к себе, в том числе и в первую очередь — честности в отношениях.

Поэт, эссеист, колумнист Psychologies, журналов «Медведь», «Сноб»