Сыну 17 лет, абсолютно ничего не рассказывает родителям. Ни о друзьях, ни о том, чем занимается вне школы. Очень редко может что-то рассказать. Что сделать, чтобы он делился?
Елена, 46 лет
Елена, здравствуйте! Понимаю, что вам может быть обидно оттого, что сын не делится с вами своей личной жизнью. Вы как мама переживаете и, вероятно, додумываете, как и что у него там без вас — вне зоны досягаемости вашего интереса и материнского внимания.
Тут почти с порога задам вопрос: «А зачем?» Вы хотите помочь? Вам нужно знать, чтобы дать оценку? Вы хотите быть хорошим родителем, хорошей мамой? Отстаньте, дайте пространство, дайте право на интимность жизни вашему взрослеющему ребенку!
Я не предлагаю вам отворачиваться от него, но призываю вас дать ему пройти свой путь взросления. Часть этого пути должна быть «вне зоны действия сети». Это его выбор.
Со своей стороны вы можете сказать ему, что, если ему будет нужна помощь, поддержка, совет, если ему нужно будет разделить свои чувства, он может обратиться к вам. Говоря так, вы оставляете «дверь приоткрытой». Если же вы будете напористы в проявлении своего интереса и охвачены тревогой за ребенка, скорее всего, это даст противоположный эффект — он отдалится от вас еще дальше.
Чувство бессилия рано или поздно наступает в жизни любого любящего родителя.
Причин, почему он не делится, может быть много, но этап сепарации никто не отменял. Научиться жить отдельно от родителей — это задача ребенка! Ваша задача как родителя — справиться с синдромом «опустевшего гнезда».
17 лет — такой возраст, когда у молодых людей есть секреты. Формируется самостоятельность, развиваются социальные навыки, формируется идентичность, отдельная от родных.
Согласитесь с тем, что не все вещи можно обсуждать с родителями. Вот вы все ли обсуждали со своими? И как вам это? Есть вещи, которые не все дети готовы обсуждать с другими людьми. К сожалению или к счастью. Говорю вам тут как порой тревожный родитель.
Да и что греха таить, я и сам в молодости избегал делиться многими вещами со своими родителями. Я не претендую на универсальность такого опыта. Но поделюсь с вами воспоминаниями. Да, я боялся их реакции, осуждения, переживал, что вместо поддержки получу оценку или совсем не ту помощь, или не в том виде, в котором она мне была необходима. Помню, как неприятно для меня было то, что мне не доверяют или дают плохую оценку моим действиям или чувствам.
Возвращаюсь к вам. Я не знаю, насколько доверительными ваши отношения с сыном были раньше и как сильно они отличаются от того, какими стали сейчас. Предположу, что разница есть. Ведь вы даже написали письмо с желанием как-то повлиять на него. Я знаю, что есть тревога («Неизвестно, что с ним и как он живет, о чем думает»), вина («Он со мной не делится, потому что я делаю что-то не так»), злость («Почему он не может мне довериться, ведь мне это так нужно!»).
Ваша задача — научиться проживать эти свои состояния
Они присущи родителям, находящимся в слиянии — психологическом состоянии, в котором границы между «я» и «он» стираются.
Я понимаю, что вы еще будете сталкиваться с бессилием, когда не сможете иметь власть над некоторыми вещами. Но научитесь слушать тишину, себя в тишине. Находите устойчивость в любви, а не в эгоизме. Любить своего ребенка, как по мне, — это не контролировать его и не быть в курсе каждого его шага.
Не стоит стремиться заменять свою жизнь его жизнью. Любить ребенка, которому 17 лет, — это в том числе давать ему право не доверять вам, допускать, что он может на вас злиться за то, что вы «какие-то не такие», да и вообще по всякой нелогичной и неожиданной фигне. Вы как родитель можете скучать по его присутствию, грустить, волноваться, радоваться за него, а может быть, даже завидовать. Например, тому, что у него есть друзья! Заметьте, что кроме тревоги в ваших отношениях было что-то хорошее: хорошие переживания, хороший опыт. Это то, что вы можете подкреплять.
Кстати, для просмотра по теме гиперопеки могу предложить следующие фильмы:
«Похороните меня за плинтусом» (режиссер Сергей Снежкин, 2008),
«Мой сын для меня» (Марсьяль Фужерон, 2006),
«Белый олеандр» (Питер Козмински, 2002).
Елена, спасибо вам за ваш вопрос! Желаю вам мудрости и терпения пройти этот непростой родительский этап.
