Мой отец — очень темпераментный человек. Его поведение говорит о том, что он холерик: очень быстро заводится и так же быстро остывает. В разговорах с ним это никак не помогает, ведь держать обиду я могу долго, а запомнить — и вовсе навсегда. Мой отец кавказских кровей, полагаю, что отсюда все и идет. В то же время наша семья долгое время жила на севере, в русском городе. Там же я родилась и прожила 16 лет. Это делает нас с отцом абсолютно разными.
Мы с отцом никогда не находим компромиссов: ему не нравится мое поведение, он часто ограничивает нас с сестрами во многом, несмотря на то, что старшей уже почти 20 лет. С детства он особо не участвовал в нашем воспитании: работал на шахте, из-за чего мы очень редко контактировали.
Сейчас даже обычный разговор с отцом вызывает слезы. Начиная разговор, я могу улыбаться, опять же непреднамеренно, просто не получается сдержаться, однако уже через несколько минут — расплакаться, в особенности если папа начнет что-то спрашивать или уточнять. Я чувствую, что могу расплакаться заранее, еще ничего не попросив (например, если хочу отпроситься прогуляться).
Я не могу отстоять свою точку зрения, даже не могу рассказать о причине своих слез. Отца же это очень раздражает, он ругает меня за то, что я плачу. Говорит, что я взрослая и должна искоренить эту «привычку». Однако я не могу так просто сказать себе: «Не плачь», — я даже пробовала дыхательные упражнения, но они не помогают.
Проблема в том, что я не плачу, когда отстаиваю свою точку зрения с другими. Раньше я могла расплакаться, когда учителя меня ругали, но сейчас чувствую, что могу переспорить даже их. С отцом же такое не проходит, я начинаю плакать, даже если еще ничего не произошло.
Я плачу от обиды даже при упоминании семьи, когда слышу истории своих друзей о том, какие у них классные отцы.
Алина, 17 лет
Алина, благодарю вас за это письмо и искренность, с которой вы поделились своей проблемой. Очень часто бывает так, что мы, становясь старше, психологически крепнем и приобретаем нужные навыки в общении с другими людьми или во взаимодействии с собой, учимся управлять своими эмоциями, отстаивать точку зрения и границы.
Производим впечатление устойчивых, ответственных, уверенных в себе, осознанных людей
Но почему-то, стоит нам вновь оказаться в неудобном, пугающем или раздражающем разговоре с родителем, как наша «маска» взрослого спадает, и мы вновь становимся маленькими и демонстрируем поведение, от которого стремимся избавиться. Почему так происходит и что можно сделать в момент, когда самообладание покидает?
Почему вы плачете только при разговоре с отцом
Вы уверенно пишете о том, что можете переспорить даже учителей, хотя раньше могли расплакаться, и не плачете, когда отстаиваете свою точку зрению перед другими. Это говорит о том, что «плаксивость» — не ваша привычка, а реакция на определенного человека и определенные ситуации.
Накопленная невыплаканная боль, невыраженные обиды. Вы пишете, что в детстве отец мало общался с вами, а когда появлялся, вел себя непредсказуемо: быстро заводился, быстро остывал. Вы пишете о большой разнице в темпераментах между вами. Мир с таким родителем был для вас нестабильным. У вас с отцом не сформировался эмоциональный контакт, доверительные отношения. Вы не могли тогда, в детстве, выплакать обиду на отсутствие отца, на его взрывной характер. Все эти слезы глыбой лежат внутри.
Слезы как защита. Когда вы только собираетесь обратиться к отцу с какой-либо просьбой, ваша психика моментально запускает защитную реакцию. Это происходит как ответ на многие случаи обид на отца в детстве: в вашем бессознательном зафиксировалась цепочка «отец — взрыв — обида — отсутствие», и все повторялось, когда он возвращался с шахты домой. Теперь, когда вам 17, ваша психика реагирует на угрозы естественной реакцией «бей или беги», но ни дать отпор отцу, ни убежать из этой коммуникации (ведь вам необходимо его разрешение, или он требует от вас ответа на свои вопросы, или просто решил поговорить с вами) вы не можете. Эмоция «бессилие» приводит к слезам. Он ругает вас за них. Вы ощущаете гнев, стыд, обиду.
Невозможность быть услышанной. Вы не можете рассказать отцу о причинах ваших слез, потому что он раздражается и ругает вас.
Что делать со слезами
Перестать плакать по приказу или «щелчку» невозможно. Но можно начать воспринимать ситуацию так, чтобы потребность в слезах уменьшилась.
Первое и главное: отделите факты от интерпретаций. Отец говорит: «Ты взрослая, убери привычку». Но взрослость — это не умение подавлять слезы. Взрослость — это навык и право выбирать, как и когда выражать чувства.
Пока вы ребенок в позиции «меня ругают за слезы», вы плачете. Как только вы почувствуете в себе внутреннего взрослого, слез станет меньше
Второе: перестаньте входить в разговор без подготовки. Попробуйте следующие шаги.
Поменяйте канал связи. Самые «опасные» разговоры (когда вы просите его отпустить вас гулять, разрешить что-то) постарайтесь перевести в письменный вид на время. Напишите отцу в мессенджер: «Папа, можно я пойду гулять в субботу с 16:00 до 20:00?». Это снимет остроту контакта.
Не говорите с отцом один на один в его личном пространстве (дома, на кухне). Если разговор неизбежен, выходите на прогулку. Идите рядом, смотрите вперед, а не в глаза. Движение и смена обстановки снижают накал чувств.
Используйте «Я-сообщения» до того, как пойдут слезы. Скажите в самом начале разговора не о просьбе, а о своем состоянии: «Папа, я хочу с тобой поговорить, но я уже начинаю волноваться и боюсь расплакаться. Я не специально это делаю и знаю, как это тебя злит». В таком случае отец, слыша, что вы не нападаете, а объясняете, может сменить гнев на милость.
Разрешите себе поплакать после разговора, если захочется. Уйдите в свою комнату, напишите на бумаге все, что не смогли сказать. Пусть слезы будут легальным ритуалом после контакта, а не во время. Со временем вы сможете их «отложить» на 15 минут.
Что делать с обидой на весь мир и чужих счастливых отцов
То, что вы плачете от историй про хороших отцов, — нормальная реакция на депривацию. Это психическое состояние, возникающее в результате длительного ограничения или полного лишения человека возможности удовлетворять базовые психофизиологические потребности.
В вашем случае депривирована потребность в эмоциональном контакте с отцом, чувстве принятия и безопасности. Вы лишены того, что имеют другие, и этот факт вас расстраивает, усугубляет ваши переживания, связанные с отцом. И здесь нет быстрого решения, кроме одного: признать несправедливость.
Вы не выбирали себе отца с его темпераментом, работой на шахте и отсутствием контакта
Самое важное, что вы можете сделать сейчас для себя, в 17 лет, — начать потихоньку отделяться эмоционально, постепенно растить в себе «внутреннего родителя», которому вы можете поручить заботу о своем «внутреннем» ребенке. Той самой маленькой девочке, которая не может сдержать слез при разговоре с жестким и отстраненным отцом.
Отец не изменится. А вы можете изменить свое отношение к нему и к себе.
Желаю вам счастья!
