Смерть от горя: кем была Маржан Сатрапи и почему ее книги так важны для людей

Смерть от печали и печаль от эмиграции

Новость о смерти Сатрапи переслала мне та же подруга, которая когда-то подарила ее книги. Удивительное совпадение. Естественно, первым делом мы обе обратили внимание на необычную формулировку причины ухода из жизни писательницы: «умерла от печали», уйдя из жизни через год после мужа и любви всей ее жизни — Маттиаса Рипы. Можно ли в действительности умереть от печали? От печали по ушедшей любви, потери родины, смысла жизни? Когда читаешь произведения Сатрапи, искренне веришь, что да. Настолько органично в ее творениях реальность переплеталась с магией.

Самое известное произведение Сатрапи — это, однозначно, «Персеполис». Впервые я о нем услышала, как ни странно, в университете на лекции по политологии. Наш профессор рассказывал об иранской революции 1979 года и рекомендовал ряд книг, в которых эта тема освещалась. Скажу честно, тогда для меня эта революция была очередной датой, которую нужно было выучить к экзамену. Так же как и имя аятоллы Хомейни, свергнувшего шаха Резу-Пехлеви. Лишь трагическая история Шаха и его второй жены Сорайи показалась мне чем-то живым среди всей этой подборки сухих фактов.

Прочтя «Персеполис», я смогла прочувствовать, что такое революция в действительности. Этот автобиографический графический роман о детстве Маржан Сатрапи в Иране во время революции, ее подростковых годах в Европе и поиске собственной идентичности между Востоком и Западом заставил меня по-новому увидеть, как исторические события пересекаются с жизнями обычных людей. Таких как мы. Как эти же события заставляют нас покидать свои дома в поисках лучшей доли, но приносят собой лишь печаль и тоску по родным краям.

Книга получила мировое признание и стала одним из самых влиятельных графических романов XXI века. В 2007 году была экранизирована в виде анимационного фильма и даже номинирована на премию «Оскар».

Мне кажется, что это одно из первых произведений такого формата, которое показывало западному читателю, что женщины Ирана, а с ними и всего Востока, — это не стереотипные тихие полурабыни. Через бытовые истории «Вышивок» мы видим положении женщины в обществе, слышим их рассуждения о любви, браке и сексуальности. И что самое главное — мы понимаем, что нас приучили порицать сплетни, но на протяжении веков во многих обществах (а в некоторых и по сей день) сплетни для женщин — это легальный способ обмена информацией.

Еще одной знаковой работой Сатрапи стала история музыканта Насера Али Хана, который после потери любимого инструмента теряет смысл жизни, — «Цыпленок с черносливом». В некотором смысле эта книга стала для Сатрапи пророческой, описав приход человека к смерти через потерю того, за что он в этой жизни держался.

У Сатрапи также выходил коллективный сборник с другими авторам — «Женщина, жизнь, свобода», посвященный протестам за женские и политические права в Иране. Название книги отсылает к одному из самых известных лозунгов протестовавших.

Маржан Сатрапи, пожалуй, одна из самых важных авторов графической литературы современности. Именно она первой объединила личную историю с историей страны, сделав темы войны, эмиграции и свободы понятными читателям по всему миру. После нее уже пошли не менее известные работы: «Араб будущего» Риада Саттуфа, «Шангал» Торе Рербека и Миккеля Соммера и не только.

«Самое страшное — остаться в своем горе в испепеляющем одиночестве»

Это прозвучит жестоко, но то, как умерла Маржан Сатрапи, стало по-своему логичным завершением ее миссии на этом свете: нести бремя горя целого народа на своих плечах и говорить от лица тех, кто говорить не может. Многое, что мы знаем о жизни женщин в современном Иране, мы знаем именно благодаря Сатрапи — и, будем честны, знания эти тягостные.

Смерть от горя по ушедшему годом ранее мужу — это в символическом смысле смерть от горя по тысячам непрожитых жизней. Не только иранских женщин, но и всех женщин, чьи свободы попраны и кто загнан традиционалистами в «Рассказ служанки» в реальном мире.

Поминая писательницу, обычно говорят о «Персеполисе», а мне хочется вспомнить другой ее комикс — «Вышивки». Он посвящен тому, как женщины, собираясь вместе и сплетничая обо всем на свете, создают эдакий круг взаимной поддержки — в обществе, где никакая инстанция, никакой психолог не будут им помогать. Так снизу, из сплетен и пересудов, прорастает тихий бунт против жестокой системы, и кухонные разговоры за чаем объединяют и подсказывают, как жить дальше.

Ведь самое страшное — это остаться в своей боли, в своем горе в испепеляющем одиночестве.