Как работает парная секс-терапия — разбор с психологом

Объяснения могут быть разными — и звучат они, как правило, вполне понятно. Кто-то страшно устает на работе, кто-то кормит грудью и сталкивается с изменением гормонального фона, кто-то начинает испытывать боль во время секса, кто-то принимает препараты, влияющие на желание, — и сексуальная жизнь постепенно сходит на нет.

На первый взгляд все выглядит логично: есть проблема, есть причина — устрани причину, и секс вернется.

Как проблема гипнотизирует пару

Но что делать в ситуациях, когда причина вроде бы устранена, а секс не возвращается? Например, женщина заканчивает кормить грудью и гормональный фон приходит в норму, или мужчина проходит терапию и учится контролировать эякуляцию. А желание, то самое желание, ради которого все это затевалось, так и не появляется.

Пара как будто упирается в стену, и на смену медицинским объяснениям приходят бытовые, куда более жесткие: «просто отношения живут три года», «не сошлись характерами», «он хороший отец, но никакой любовник».

Опасность этих объяснений в том, что они закрывают дверь для изменения: если дело в характере или в самой природе долгих отношений — что тут можно изменить? Но некоторые пары отказываются соглашаться с таким приговором и обращаются к сексологу.

Проблемы — это часть коммуникации в паре

Секс — это сложная система. А значит, здесь не может быть простых причинно-следственных связей: партнер слишком много работает → взял отпуск, выспался → желание вернулось. Кажется, что формула «нашел причину — устранил — все наладилось» должна сработать.

Но не срабатывает — потому что дело редко в одной причине. Обычно их сразу несколько, и они переплетены, как клубок ниток, а не выстроены в цепочку одна за другой. Потянешь за одну ниточку — цепляется сразу несколько других.

Это не означает, что реальных физиологических или психологических трудностей не существует — они есть, и их важно учитывать. Но при этом в паре нет «носителя проблемы». Есть взаимодействие, которое может складываться проблемно. И именно с этим взаимодействием работает терапия.

Как пара, пытаясь справиться с проблемой, попадает в негативный цикл

Сексуальные проблемы обычно вызывают много тревоги у партнеров, ведь они ощущаются как угроза потери контакта и близости. Обычно прежде, чем попасть к сексологу, пара уже предприняла все доступные ей попытки проблему решить.

Бывает, вместо решения проблемы пара незаметно для себя попадает в негативный цикл — вот как он обычно устроен.

Один партнер воспринимает происходящее как сигнал потери контакта со значимым человеком: «в отношениях что-то не так», «меня не хотят». В ответ на эту тревогу он пытается восстановить контакт — ищет причину, настаивает на разговоре, иногда критикует или упрекает. За этим поведением часто стоит надежда, что мы снова станем близки, что меня наконец услышат.

Но в негативном цикле реакция второго партнера скорее всего будет — отстраниться, замолчать, уйти от темы или от физической близости. И намерение здесь тоже защитное: «я делаю это в надежде, что если сейчас не трогать тему, станет спокойнее — и я не разрушу то, что есть».

Чем настойчивее один преследует контакт, тем дальше отступает другой, а чем дальше отступает другой, тем настойчивее первый преследует. Оба реагируют на один и тот же страх потери контакта, просто с разных сторон, и каждая реакция невольно подтверждает худшие опасения другого.

Случай из терапевтической практики — Павел и Ольга

— Понимаете, мы в браке 12 лет, хотим завести ребенка, но ничего не получается. А в последнее время у нас вовсе пропали сексуальные отношения.

Так началась моя первая встреча с Павлом и Ольгой. В этой паре роль «носителя проблемы» была отведена Ольге, а Павел — одновременно сочувствующий партнер и «пострадавшая сторона»: он надеется супругу «починить».

— Все началось три месяца назад. Мы попытались заняться сексом, но я почувствовала нестерпимую боль, — рассказывает Ольга. — Появился страх, что это повторится. И с каждой попыткой становилось только хуже. Сейчас я просто не могу расслабиться, и секс у нас пропал совсем.

Врач поставил Ольге диагноз — вагинизм (спазм мышц влагалища и тазового дна, возникающий при попытке ввести что-либо внутрь) — и порекомендовал пройти курс психотерапии. Так пара оказалась в кабинете сексолога.

Уже в первую встречу стало видно, как работает их цикл. Каждый раз, когда близость не получалась, Павел тревожился и пытался «разобраться»: расспрашивал Ольгу, что именно она чувствует, читал статьи про вагинизм и отправлял ей, предлагал попробовать еще раз. Он был уверен, если понять причину точнее и попробовать еще раз правильно — проблема решится.

Ольга на каждую такую попытку реагировала одинаково — соглашалась. И чем настойчивее он предлагал попробовать снова, тем меньше у нее оставалось внутреннего пространства сказать «не сейчас» или «мне нужно время» — единственным доступным ей способом отказать оказалось тело.

Когда ломается секс, чинить приходится не только сам секс, но и отношения в целом. Поэтому, пока отношения «на ремонте», я попросила пару временно не заниматься пенетративным сексом (проявлять нежность и ласку друг к другу любым другим способом можно и нужно) и взять «обет молчания» — то есть никак не обсуждать проблему между собой. Для Павла это было особенно трудным предписанием: впервые за три месяца ему запрещалось «чинить».

Запрет на секс может быть полезен

На встрече, которая состоялась неделю спустя, Ольга была одна и выглядела чуть более расслабленной. Благодаря запрету на секс она стала чувствовать себя менее виноватой. Она рассказала, что никогда не отказывала мужу в близости и терпела физический дискомфорт — до тех пор, пока в какой-то момент не поняла, что тело больше не способно расслабиться, и проникновение стало невозможным.

Ольга также призналась, что не уверена в своем желании завести ребенка и не представляет, как заговорить об этом с Павлом: она никогда не сопротивлялась желаниям мужа и старалась избегать любых споров, даже когда внутренне была с ним не согласна.

На третьей встрече сложилась общая картина: тело Ольги делало то, что не получалось сделать словами. Она никогда не отказывала мужу — ни в больших решениях, ни в мелочах. И тело, похоже, взяло на себя эту функцию.

Дальше терапия пошла в двух направлениях одновременно. Сначала — маленькое «нет». Учиться отказывать мужу мы начали не в спальне, а в обычной жизни. Сказать, что сегодня не хочется смотреть фильм, который выбрал он. Заказать в кафе то, что хочется ей, а не то, что обычно заказывают «на двоих».

Произнести вслух: «мне не понравилось, как ты со мной сегодня разговаривал» — и не спешить сразу извиняться за эти слова. Начинать стоит именно с таких мелочей — с того, что не страшно потерять. Большое «нет» почти никогда не получается сказать первым; ему предшествуют десятки маленьких.

Близость без цели. Второе направление касалось самого тела. Я попросила пару каждый вечер ложиться рядом и позволять себе любую телесную близость — объятия, ласки, контакт без одежды, в том числе генитальный, — но проникновение оставалось под строгим запретом.

Цель этой практики — не разрядка, а восстановление доверия: тело должно было заново убедиться, что близость не обязательно ведет к проникновению и что «нет» услышат в любой момент, даже посреди ласк.

Что изменилось

Эти два направления шли параллельно несколько месяцев. Сначала — медленно и почти незаметно. Ольга начала говорить «нет» по мелочам, и Павел, к своему удивлению, не разрушался от этих отказов — наоборот, стал внимательнее спрашивать, что думает жена, а не предполагать это за нее.

Спазм отступил не сразу — и не потому, что Ольга «решила расслабиться», а потому что для тела перестало быть жизненно важно защищаться. В какой-то момент пара не выдержала, и случился пенетративный секс.

А еще через месяц Ольга наконец произнесла вслух, что не уверена, хочет ли ребенка прямо сейчас. Это была тема, о которой им еще предстояло договориться. А наша с ними работа закончилась — секс вернулся. И не потому, что «починили» Ольгу, — а потому что паре удалось выйти из цикла преследования и отстранения и наконец услышать друг друга.