Свидание с прошлым: почему мы любим драмы с флешбеками

Кадр из фильма «Свет»

Фото

Кинопоиск

Неувядающая тема

Это даже забавно, насколько тема влияния прошлого на настоящее фундаментальна — какую киноленту ни возьми, мы так или иначе обнаружим эту линию. У каждого супергероя Marvel или DC есть своя «говорящая» история. В любой оскароносной драме мы так или иначе видим, как в настоящем отзывается прошлое: «Все о Еве», «Вестсайдская история», «Моя прекрасная леди», «Крамер против Крамера», «Человек дождя», «Форрест Гамп», «Миллионер из трущоб», «Бёрдмен», «Все, везде и сразу». Да что там, даже у Дональда Дака и Кунг-фу Панды есть формирующие их как личность эпизоды из прошлого.

Есть они и у Татьяны, героини Елены Яковлевой в фильме «Свет», простого соцработника наших дней, — очень узнаваемой, очень трогательной и близкой каждому человеку, выросшему в Советском Союзе. Этот мир режиссер Антон Коломеец (кстати, соавтор сериала «Чики») показал с огромной бережностью и точностью, в чем ему помогали его родители. 

Не менее точно он показал и мир сегодняшний, где родители и дети говорят на разных языках. Например, когда ужинают под звуки телевизора и спорят, где «живет» правда — в интернете или в «ящике». Или когда рассуждают, нужно ли прислушиваться к себе и думать о собственных «хочу», не откладывая красивые вещи и дорогие подарки самому себе в ожидании абстрактного «повода».

+2

Отцы и дети

Извечная тема «отцов и детей» в последнее время стала вновь весьма популярна в кино — взять хотя бы уже упомянутую картину и последнего триумфатора «Оскара» «Все, везде и сразу». При всем своем сюрреализме и обилии параллельных вселенных этот фильм по сути — об отношениях между мамой и дочкой, о принятии (которого не было, но которого дети ждут всю жизнь), о способах восстановить взаимное доверие и, быть может, любовь.

Примерно про то же полюбившийся многим из-за практически бенефиса Бенедикта Камбербэтча сериал «Патрик Мелроуз». Проблемы героя этой киноработы глубже и сложнее просто непонимания и отсутствия принятия в семье. Тут речь о более глубоких травмах, включая насилие, но суть от этого не меняется: призраки прошлого преследуют героя, не давая ему жить полноценной жизнью. И лишь честное проживание прошлого вкупе с готовностью отпустить все обиды на родителей и разрешить себе быть (а в идеале — быть счастливыми) дает каждому герою этих фильмов отдохновение и свободу.

Выбор пути

Вернемся к Татьяне, героине Елены Яковлевой в «Свете» Антона Коломейца. Женщина готовится к 60-летию: выбирает место для банкета, думает, в какое бы платье нарядиться, чем угощать гостей. К ней ради праздника приезжает сын. Но в то же время ее голова заняты другими, более вескими мыслями — о подопечных. Одна из бабушек, которым помогает Татьяна, умирает, а новая «клиентка» отзывается безрадостным приветом из далекого прошлого.

Прошлым мысли Татьяны тоже заняты постоянно. И когда сын вдруг решает выяснить, отчего мать ни дня в этой жизни не жила для себя — все для других, все для других. И когда любимый муж готовит сюрприз на юбилее. 

На протяжении всего фильма воспоминания о далекой юности переплетаются с настоящим, как раз и давая зрителю ответ на заданный сыном вопрос

В этом плане «Свет» тоже не первопроходец, о том, как события прошлого становились решающими для выбора профессии или — в некоторых случаях — конкретного пути внутри профессии, сняты и «Общество мертвых поэтов», и «Умница Уилл Хантинг», и «Черный лебедь», и даже недавняя «Круэлла».

Случайность ли — выбор жизненного пути? Или события прошлого предопределяют его? Мы следуем своей стезе «благодаря» или «вопреки»? Разные кинокартины показывают эту историю по-своему, но интерпретация Антона Коломейца особенно интересна. В его фильме катализатором душевных изменений становится не семья (хотя и она тоже), не любовь (тут как посмотреть), а дружба, ревность, страх общения и прочие неочевидные, глубокие и редко встречающиеся в современных фильмах конструкты.

+2

«Человек сам решает, в какой момент готов пойти дальше. И это решение, этот выбор мы как раз и видим в „Свете"»

Александр Теслер, психолог

«Фильм «Свет» по тональности и стилистике повествования напомнил мне «Земляничную поляну» Бергмана. Мне показались созвучными эти две истории, в которых зрелый уже человек погружается в свою молодость, и оказывается, что люди из дня сегодняшнего то и дело перекликаются с персонажами прошлого, постоянно напоминая о беззаботности юности и сложностях настоящего. 

Нам часто кажется, что раньше горы были выше, трава зеленее. Мы можем жалеть о тех временах, когда правила игры были понятны (поступил/не поступил, благополучный ребенок/неблагополучный ребенок). Хотя я, честно признаться, всегда недоумевал, читая Гайдара, отчего Тимур такой хороший, а хулиган Квакин плохой. Ведь в каждом есть и свет, и тьма. «Свет», кстати, и об этом тоже.

Как бы то ни было, взрослый мир всегда оказывается сложнее, да и правила игры в наши дни меняются с невероятной скоростью. Тема этого меняющегося мира подсвечивается режиссером через призму взаимоотношений двух поколений. У героини любящая, крепкая семья, поэтому персонажи на экране не ссорятся. И все же нам показывают то одну, то другую грань недопонимания родителей по отношению к сыну, а сына — по отношению к родителям. Это и неудивительно: жизнь сегодня стала абсолютно другой. Другие условия, другая ценностная шкала.

Мы видим, что сын героини проявляет заботу о маме. Он искренне хочет, чтобы она прислушалась к своим желаниям и мечтам. 

Однако видим и то, что из-за этой современной позиции он в полной мере не может осознать, насколько для его мамы важно быть именно соцработником

Быть нужной, помогать тем, кто остался один. И в то же время быть уважаемым в обществе человеком (режиссер отдельно и очень точно подсвечивает это обилием гостей на юбилее).

Такой мотив вполне может быть смысловым фундаментом большинства жизненных решений. И тут внутренний конфликт, возможно, слегка раздут искусственным путем, поскольку ребенок, воспитывающийся в такой семье, в помогающей среде, с молоком матери впитывает те же ценности, эмпатию, сострадание. Он ведь не с луны упал, он ведь и раньше видел, как мама работает, как ей это нравится, как она реализует себя в этом.

Значимость дела, польза, любовь в самом широком смысле слова — к человеку как таковому, — это очень немало. Я знаю много таких людей, живущих ради благополучия других, ради профессиональной деятельности на благо общества. Блистательные врачи — с одной стороны, социальные работники и сотрудники благотворительных фондов и НКО, одевающие и снабжающие едой бездомных, ухаживающие за престарелыми, сиротами, брошенными питомцами, — с другой.

Для всего общества счастье, когда человек работает на непростой социально значимой работе и это совпадает с его жизненными ценностями и устремлениями. А лишний раз показать величие этого труда считаю большой заслугой режиссера.

Замечу, что бонусы, о которых я упомянул, или «вторичные выгоды» профессии — они в настоящем

Но в фильме нам еще показывают, как формировалось это стремление быть нужной с самой юности. И здесь я особенно хочу отметить одну важную вещь. Сегодня мы часто слышим, что многие проблемы в настоящем корнями уходят в прошлое с его травмами, негативными событиями и пережитыми эмоциями. Тут не поспоришь: всем нам есть что вспомнить и что обвинить в текущем положении дел. Но в этом и есть огромная ценность фильмов, которые показывают нам моменты выбора и моменты обретения независимости от прошлого.

В прошлом человека может происходить что угодно, но только сам человек в ответе за то, какие он делает выводы, как меняется под воздействием событий. Человек сам решает, каким хочет быть, чтобы смириться с этим прошлым и принять себя. Человек сам решает, в какой момент готов пойти дальше. И этот выбор, и это решение идти дальше, опираясь на близких людей, мы как раз и видим, как мне кажется, в фильме Антона Коломейца».

Александр Теслер

Психолог, психиатр