«Что изменилось в вашей жизни, когда вы стали психологом?»: честные истории 16 экспертов Psychologies
Фото
Shutterstock/Fotodom.ru

Левицкая Лилия
Психолог, бизнес-тренер, психосоматолог

В психологию я погрузилась в 16 лет, когда была жутко неуверенным тучным подростком, совершенно не справлявшимся с коммуникацией. Но при всем этом у меня было убеждение, что я должна жить счастливо. 

Так что психология со мной уже 29 лет. С каждым шагом в разные грани науки — психологию, сексологию, психосоматику — я шла, решая свои жизненные задачи. Поэтому благодаря тому, что я психолог, в моей жизни изменилось все. Я здоровая и красивая, у меня счастливая семья, трое детей и собственный бизнес.

На мой взгляд, психология — это практика жизни. Умение разбираться в этой сложной науке — это способ управлять всеми жизненными сферами. 

Александр Шахов
Социальный психолог, эксперт по гендерным и семейным отношениям, руководитель Центра психологической помощи, автор популярных психологических тренингов и онлайн-курсов

Я стал психологом, потому что хотел что-то изменить в своей жизни. Возможно, в этом не принято сознаваться, но я испытывал сложности в первом браке — тогда я еще работал прокурором. Трудности были такие же, какие испытывают сейчас миллионы людей. Я стал заниматься психологией, пытаясь решить свои проблемы. Изучал сначала книги по популярной психологии, а потом и более глубокую литературу. Я увидел, что отношения в семье стали меняться.

Несмотря на то что в итоге предыдущий брак закончился, я не могу сказать, что он разрушился, — он исчерпал себя. Мы хорошо расстались с бывшей супругой и до сих поддерживаем отношения. Знания психологии позволили нам обоим понять, что мы не хотим быть вместе, что у каждого свой путь. И эти же знания психологии позволили мне построить нынешние отношения, которые я считаю идеальными. Это не означает, что у нас нет ссор, но мы умеем их решать. Психология помогла мне понять себя, чего я хочу. 

Я стал гораздо спокойнее себя чувствовать

Если бы вы встретили меня лет 15 назад, то увидели бы довольно нервного, взвинченного человека. Чтобы избавиться от стресса, я довольно часто выпивал спиртное, — сейчас необходимости пить нет, я избавился от этой привычки. Я чувствую себя спокойно, расслабленно. Я счастлив.

Конечно, работа психологом дала мне возможность встретить очень много интересных людей, единомышленников, интересующихся, развивающихся, которым близки такие же гуманистические ценности, как у меня. Это ценности развития, понятия себя, помощи другим людям. Ценности видеть в другом человеке человека, а не просто объект — прохожего мужчину или женщину, увидеть его душу.

Психологию многие упрекают в том, что это наука о душе, а наука отрицает существование души. Получается, это наука о том, чего нет. Но я считаю, что психология как раз наука о душе, но не в религиозном или мистическом смысле, что нельзя определить или уловить. Это о внутреннем состоянии, о личности человека. О тех ценностях, мечтах, талантах, жизни внутри.

Психология об этом. О том, кем на самом деле является человек, и о том, кем он может стать. Психология помогла мне стать тем человеком, которым я хотел всегда быть.

Анастасия Гурнева
Работала в государственных учебных заведениях, участвовала в проектах помощи детям-сиротам, преподавала в вузах, с 2016 года основной фокус — индивидуальное консультирование, в частности работа с людьми, пережившими насилие. Любимые метод: МАК, гештальт

Сложно сказать, как психология повлияла на мою жизнь, потому что психология была со мной слишком долго. Первый кружок по психологии во Дворце пионеров? Конечно, он изменил мою жизнь, это была волшебная арт-терапия, непонятно откуда там возникшая в начале 90-х. Я чувствовала себя впервые правильно увиденной и понятой. Первая запись в трудовой на третьем курсе института — психолог. О, как же я гордилась и чувствовала себя уже не только студентом, но и настоящим психологом.

Или первое обучение психотерапии и опыт работы детским игротерапевтом в детском доме и 10 последующих лет работы с фондами? Конечно, это повлияло. Я стала хорошо ориентироваться в нарушениях привязанности и понимать, что психотерапия нужна не только условно здоровым людям, кто хочет лучше ориентироваться в себе, но и тем, кому трудно строить отношения и сложно подбирать слова для внутреннего мира.

Или первые клиенты в частной практике? Совместное путешествие длиной в несколько лет, сопереживание и в жизненных взлетах, и в падениях… Замечая их, видишь, что это уже не совсем повторы: ситуации могут быть похожи, но поведение человека меняется, и это трогает до глубины души. И, конечно, годы собственной терапии, супервизии и обучения. Они дали мне возможность чувствовать себя частью круга людей, которые совершают чудеса в своих жизнях, выходя за рамки автоматизмов, жизненных маршрутов и сценариев, определяемых прошлым человека.

Инна Макаренко
Психолог, гештальт-терапевт, коуч

Чтобы стать хорошим психотерапевтом, нужно прежде всего проработать самого себя, потому что собственная личность — это главный инструмент в работе психотерапевта. Так что мне надо было стать новой версией себя. Это как подняться на несколько уровней в игре, чтобы оказаться наверху — над всеми препятствиями, которые ты прошел, и видеть их во всем масштабе, как на экране дрона.

Годы внутренней проработки действительно сильно изменили меня, и это была очень глубокая работа. Стартовые данные моей изначальной версии, как и мой путь, были неидеальными — было много травм, боли, недолюбленности… Всю жизнь мне было очень сложно с самой собой. Но именно благодаря своему травматичному прошлому сейчас я могу видеть все эти паттерны в других людях и помогать им. Если человек сам не сталкивался с таким опытом, он не заметит его в других.

Сейчас я стала гораздо крепче и гибче как личность. Появился внутренний стержень и опора на себя, на свою идентичность — и это бесценно. Появилось глубокое понимание себя, своих (и чужих) эмоций. Понимая и принимая себя, ты принимаешь и других людей. Претензий к окружающим стало гораздо меньше, как и обид. Я лучше чувствую людей и их границы. Быстро вижу корень проблемы и знаю решение. Это сильно меняет качество жизни — жить стало легче и интересней.

И главное — я чувствую себя творцом собственной жизни

Жизнь, конечно, не стала безоблачной. Особенно если ты от природы высокочувствительный человек и не можешь не «брать близко к сердцу». Но если раньше какая-то ситуация выбивала из колеи, то сейчас ты не рассыпаешься на части, не ранишься. Ты цельный, и любая твоя реакция тебе понятна, ты видишь причинно-следственные связи. А когда есть понимание и ясность, то есть спокойствие и уверенность.

Главное, что моя новая версия справляется со сложностями гораздо лучше, чем моя прошлая версия. Если раньше на проживание каких-то ситуаций уходили недели, месяцы и даже годы, то сейчас хватает нескольких дней — психика стала более адаптивной. Как будто тебе вставили новый высокоскоростной процессор. И это действительно чудо.

То же самое говорят и мои клиенты: что жизнь меняется с невероятной скоростью, улучшаются все сферы жизни и появляется истинная радость от обретения себя и нахождения своего собственного пути. Это невероятно интересная и наполняющая меня работа — менять жизни других людей и делать их счастливее.

Гузель Махортова
Психотерапевт, автор книг по женской и детской психологии («Жила-была девочка, сама виновата», «Проективная методика исследования личности ребенка "Расскажи историю"»
Личный сайт

Быть психологом для меня является одним из жизненных приоритетов. Учеба на факультете психологии МГУ была самым счастливым временем. Лекции П.Я. Гальперина, Б.Ф. Зейгарник стали примером преданности науке, профессии. Рассказы Блюмы Вульфовны о встречах с Эйнштейном оставили неизгладимый след в душе. Точно так же, как лекции В. Франкла и Карла Роджерса. Родились и выросли мои сыновья, но методика исследования личности ребенка «Расскажи историю» и по сей день помогает коллегам лучше понимать детские эмоции.

Факультет психологии МГУ сформировал академический и фундаментальный подход, что очень пригодилось в научно-исследовательской и преподавательской работе. Второе высшее, полученное десять лет назад, дало мне возможность сформировать новые практические навыки как аналитического психолога.

У меня было два абсолютно разных психотерапевта. Первый стремился помочь быть в реальности, не убегать от мира. Второй (европейский) старался восполнить дефицит материнской любви. Все вместе это придало мне мужества быть, приняв свою личную историю такой, какая она есть, какой бы горькой она ни казалась.

Это помогло мне написать книгу о женской любви с позиций глубинной психологии. Книга «Жила-была девочка, сама виновата. От наивной дурочки к зрелой женщине» помогла встретиться с удивительными людьми, путешествовать, познавать окружающий мир. Так, однажды отправившись в глубины души, выбрав профессию психолога, я открыла для себя целый мир и написала свою судьбу.

Александра Кравченко
Консультант, психоаналитически ориентированный

Я знала, что должна быть психологом, с самого детства, но жизнь сложилась иначе: я оказалась на журфаке. Писать получалось, но на душе было перманентно неспокойно. Я не чувствовала себя на своем месте, мне казалось, что моя жизнь лишена смысла. Все свободное время я посвящала изучению психологии, личной психотерапии и посещению различных психологических курсов своей альма-матер. Но этого было мало.

Когда я поступила в Институт психоанализа, стало уже поспокойнее, я почувствовала, что хотя бы на миллиметр ближе к себе настоящей. Но окончательный баланс я ощутила, только когда недавно начала практику. Никогда я не чувствовала себя настолько счастливой. Самооценка пришла в стабильность, а невротические амбиции утихли: мне наконец стало все равно, успешная я или нет, потому что главное, я занимаюсь любимым делом.

Помимо этого, практика дала возможность увидеть мои грани, которых я не замечала раньше. Однозначно могу сказать, что, «исцеляя» психику клиентов, я помогаю и самой себе. Когда сотню раз повторишь какие-то важные принципы ментального здоровья другим людям, невольно начнешь вводить их все глубже и в собственную жизнь.

Клиенты видят в тебе опору. Главное умение психолога — контейнировать любые чувства пришедшего к нему человека. Развивая этот навык, замечаешь, что и в личной повседневной жизни способен вынести гораздо больше, чем раньше. Это привело в итоге к тому, что я наконец могу сказать, что абсолютно счастлива, удовлетворена и по-настоящему психически здорова.

Дмитрий Гаврилов
Дмитрий Гаврилов
Гештальт-терапевт, провокативный психолог, нейродефектолог

Когда я шел в психологию, я закладывал некоторые изменения в себе и своей жизни. Как говорится, знал, на что шел. При этом все оказалось куда интереснее и объемнее, чем мне виделось тогда.

Когда ты понимаешь, почему и из-за чего что-то происходит в твоей жизни, становится проще что-то принимать, что-то отвергать, делать выбор. Психолог не перестает учиться, а значит, он открыт новому, что-то впускает в свою жизнь, от чего-то отказывается. То есть процессы трансформации не заканчиваются при получении диплома: каждый клиент приносит что-то новое, некий опыт, каждое обучение добавляет в твое осознание какую-то новую деталь.

Я во многом стал понимать и принимать не только себя, но и своих близких, что, на мой взгляд, улучшило и отношения с людьми, и качество моей жизни. Правда, с некоторыми людьми общение пропало, что всегда бывает при личных трансформациях. 

Время и обстоятельства проверяют каждого из нас на прочность, особенно на прочность взглядов

На мой взгляд, в моей профессии наступает особый период. Сейчас психологи сталкиваются с кризисами, меняются их взгляды, идет проверка на самое важное качество психолога — его гуманность. И если бы не моя профессия, мне, как простому человеку, определенно точно было бы сейчас в разы тяжелее. Имея понимание природы страха, особенностей психики, физиологических и биологических процессов, жить становится во многом проще. Но добавляется, как ни странно, больше смыслов, появляется больший интерес. 

После того как я начал вести практику, у меня произошла переоценка ценностей, я понял, чего хочу и, что куда полезнее в моем случае, как этого достичь. Важно, что это не про обнуление, а про абсолютное принятие и абсолютную осознанность: себя, обстоятельств, людей, момента. В моем случае профессия мне много дала (и еще много даст), но многое взял и я сам — тут очень много взаимности.

Ксения Бекенова
Помогает в разрешении вопросов, направленных к себе и к миру: межличностные отношения (личная жизнь, работа, семья), поиск мотивации, кризисные состояния, фобии; работает с онкопациентами и их близкими в проекте «Ясное утро»

Можно сказать, что я смогла найти тот главный смысл, который и объясняет мою жизнь. Быть психологом — это прежде всего помнить о том, что я выбрала помогающую профессию. И в этом очень много для меня как для человека и как для психолога. Привносить в мир что-то хорошее, ценное и важное — по мере своих сил укреплять и питать целостность в людях, а значит, делать свой вклад в развитие.

Для меня всегда было важно обрести смысл и выстроить свою деятельность в цивилизационном ключе, что-то создавать и строить. Помогая, я в какой-то мере делаю качество жизни своих клиентов лучше. Сам процесс консультирования и терапии — это увлекательное путешествие, каждый раз новое, яркое.

Моя жизнь точно обрела свой вектор развития, и я получила возможность проживать в каждом дне исполненную и счастливую историю.

Давид Еремян
Психолог, сексолог, схема-терапевт

Основное, что произошло, — я повзрослел. Работа в схема-терапии подразумевает позицию ограниченного родительства. Это значит, что для своих клиентов я становлюсь той фигурой, которая может защитить их уязвимую часть от всех конфликтов, проблем и критики и удовлетворить ее эмоциональные потребности, пока их здоровая взрослая часть не научится это делать самостоятельно. Для этого, естественно, нужно, чтобы у меня самого был сильный Здоровый Взрослый и Хороший Родитель. 

Стоит признать, что, когда я начинал работу, это было не совсем так. Но благодаря личной терапии и постоянному столкновению с внутренними критиками и копингами клиентов эти части быстро развились. Теперь я знаю, что могу помочь людям справиться с вещами, которые меня пугали самого, и, следовательно, справиться с ними самостоятельно или с чьей-то помощью.

Юлия Берникова
Гештальт-психолог. Сфера интересов: эмоциональные зависимости, зависимые отношения, границы, сепарация, уверенность в себе

Как минимум, в моей жизни снова появилось ощущение, что я занимаюсь тем, что люблю, и тем, что полезно людям. До того как я стала практиковать, это чувство было надолго забыто.

В целом заметные изменения в моей жизни начались раньше, чем я стала психологом, — в процессе собственной психотерапии и обучения. Стала лучше знать и понимать себя, лучше себя слышать и доверять себе. Теперь меня гораздо сложнее сбить с толку чужими убеждениями. Из моей жизни практически ушли токсический стыд и вина. Стала видеть «внутренние схемы» непонятных раньше явлений, как они случаются, что к чему приводит.

Появилось больше возможностей и больше свободы. Что, конечно, не гарантирует исключительно безоблачных дней в жизни, но делает ее более управляемой и интересной. К людям отношение изменилось — стало меньше шаблонов, которые мешали увидеть настоящего живого человека раньше. Вообще, можно сказать, изменилось мировоззрение.

Психология настолько многогранна, что никогда нельзя полностью ее изучить и понять. Как невозможно и целиком «проработать» себя. Всегда есть новый ракурс казавшейся знакомой темы, и всегда есть к чему стремиться.

Екатерина Козейкина
Индивидуальный и семейный психотерапевт

Честно признаться, никогда не задумывалась на эту тему и до этого момента казалось, что изменилось немногое. Но, оборачиваясь назад, я понимаю, что постепенно, по кирпичикам у меня выстроилось новое восприятие себя и, как следствие, изменилось взаимодействие с миром. 

Во-первых, появилось больше сострадания к людям, поскольку я увидела, сколько боли на самом деле может скрываться внутри каждого из нас и все стараются справляться с ней, как могут. Это позволяет смотреть чуть глубже на мотивы человеческого поведения, а не судить лишь по тому, что находится на поверхности.

Ведь порой мы видим какие-то дисфункциональные поведенческие паттерны на авансцене, а за кулисами могут скрываться страх, грусть и чувство одиночества. Благодаря этому осознанию у меня снизились ожидания от других людей, ведь именно нереализованные ожидания порождают разочарования. Как правило, многое из того, что мы ждем от людей и от мира, не всегда реалистично, и это важно осознавать. 

Во-вторых, я стала больше полагаться на себя и искать все ответы внутри, а не снаружи. Главными ориентирами для меня теперь являются мои ценности, потребности и желания. На меня все меньше влияют различные социальные стереотипы, вследствие чего появилось больше свободы в проявлении себя. Сейчас понимаю, что неосознанное следование стереотипам в разных жизненных сферах может значительно ограничивать самореализацию и ухудшать качество жизни.

Человеческая личность — это конструкт, и люди сами могут выстраивать свою идентичность и выбирать жизненный путь на основе своих ценностей и убеждений.

Виктория Иванникова
Клинический психолог, перинатальный и репродуктивный психолог, семейный терапевт

После того как я стала психологом, в моей жизни изменилось все. Психология — моя вторая профессия, выбранная осознанно, по любви. Мне с детства нравилось наблюдать за людьми, анализировать их поступки, разбираться в том, как и почему складывается чья-то жизнь. Любимой рубрикой во всех женских журналах всегда была «Отвечает психолог». А в момент, когда время пришло выбирать профессию, я почему-то не подумала, что ею может быть именно психология. Но себя, как говорится, не обманешь — жизнь все равно привела меня к ней, чему я безмерно рада.

С приходом в мою жизнь психологии как профессии я обрела возможность заниматься любимым делом, знакомиться с множеством разных людей и наблюдать, как складываются человеческие судьбы. А главное — способность помочь человеку выявить, что и где можно подкорректировать, чтобы эта судьба повела дальше наилучшим маршрутом.

В своей профессии я получаю удовольствие от осознания того, что могу быть рядом с тем, кому нужна помощь

Что могу пройти с ним тот отрезок пути, который нужно, и увидеть, как после этого поменяется и сам человек, и та жизнь, которую он хотел менять.

С приходом психологии поменялась и я сама. Много учебы, личной терапии, знаний о людях не могут пройти бесследно. Каждый шаг в этой профессии калибрует, оттачивает меня и как специалиста, и как человека. Это мне тоже очень нравится в моей профессии — развиваться, исследовать себя, знать свои самые потайные уголочки.

Наш мир — это люди, а люди — это психология. Ею пронизана каждая область нашей жизни, и я считаю, что очень ценно — владеть инструментами помощи людям, чтобы делать их счастливее, и вместе с этим делать счастливее мир.

Анна Уткина
Детский и подростковый психолог 

Пожалуй, самое главное — я стала лучше понимать детей вообще и своего Внутреннего ребенка. Мой девиз в профессии — название книги Деборы Макнамары «Понимать детей».

Путь в психологию для меня начался не с вуза, а с личной терапии. На первую консультацию с психологом я шла, преисполненная скепсиса: «Ну чем мне поможет говорильня? Я сама могу со всем разобраться». Шла, потому что друзья почти силком заставили, видя мое «разобранное» состояние. Тогда я еще не могла сформулировать запрос. Я ничего не знала о транзактном анализе Эрика Берна. Но у меня была интуитивная потребность подержать на руках себя маленькую.

Когда я смотрела свои детские фото, мне так хотелось обнять эту маленькую девочку. Спустя десятки часов терапии с тремя психологами и работы с двумя супервизорами я понимаю, что так проявлялся Внутренний ребенок. И знаю, почему важно уделять внимание его потребностям. Мой собственный путь как клиента помогает мне лучше понимать тех детей и подростков, которые приходят теперь ко мне.

До знакомства с психологией я жила только разумом. Теперь я уважительнее к чувствам — других и своим. И, с одной стороны, это делает меня более уязвимой, а с другой — гораздо более живой. Ушла иллюзия прочности, но появилась гибкость и устойчивость как способность не ломаться, но восстанавливаться после кризисных моментов.

Анна Резникова
Анна Резникова
Психолог-консультант, детский психолог

Что изменилось во мне, когда я стала психологом? Я стала чуть более внимательна к себе и своим потребностям. Ведь сложно помогать другим знакомиться и встречаться с собой, не обращая внимание на себя и свои желания.

Я разрешила себе ошибаться. Оказалось, что в ошибках нет ничего страшного, хотя раньше мне казалось, что ошибки — это совсем неправильно. Я поняла, что быть неидеальной — это здорово, а в некоторых случаях даже полезно. Я стала больше доверять себя и своим эмоциям, разрешив себе не копить их, пока они не превратятся в Везувий, а проживать в моменте.

Я научилась честно говорить о себе и своих желаниях. Если я чего-то не хочу или что-то мне не нравится, я могу спокойно сказать об этом другому человеку. И, если необходимо, объяснить, почему со мной так нельзя. Я наконец-то стала получать невероятное удовольствие от своей работы и от возможности делать что-то действительно полезное.

Юлия Решетникова
Психолог, телесно-ориентированный психотерапевт. Использует в работе психоаналитическую базу и символдраму

Конечно, поменялось практически все — от образа жизни до мышления. Но если выделять, то первое, что для меня стало важно, — это забота о себе. Невозможно кому-то помочь, если сам не в ресурсе. Кому нужен уставший психолог, который ждет конца рабочего дня? Поэтому отдых и восстановление — это теперь то, с чего я начинаю планирование своего времени.

Сюда же в тему заботы о себе и постоянная личная терапия, куда можно принести свои чувства и переживания по любому поводу. Такое количество душевной поддержки и профилактики вряд ли бы появилось в моей жизни без этой профессии. А множество групп, интервизий и супервизий с коллегами — это то, где я смогла найти близких друзей и поддерживающее окружение.

Когда я выбирала психологию, я еще не знала, что в этой профессии люди учатся пожизненно. Учеба стала постоянной и в удовольствие. На распродаже я теперь иногда покупаю курсы, а не туфли.

Анна Иванютенко
Гештальт-терапевт, социолог, ведущая тематических групп и онлайн-курсов, блогер

Когда я начала получать образование, когда делала первые шаги в этой профессии, я и не думала, я даже не представляла, в каких реалиях я буду работать.

В гештальт-терапии есть такие понятия — фигура и фон, которые находятся в постоянном динамическом взаимодействии. Например, если мы хотим есть, то наше внимание будут привлекать ароматы еды, если они витают вокруг. Если возникла необходимость попасть в уборную, то звуки журчащей воды могут вызывать раздражение и неудобство.

Эти два очень простых, бытовых примера очень легко объясняют то, как взаимодействует между собой фигуры и фон, как наше внимание выделяет из фона то, что нам нужно сейчас. А когда наша потребность удовлетворяется, то фигура, связанная с ней, растворяется в фоне, и мы начинаем выделять из него какие-то другие важные составляющие.

Психолог сейчас работает с личными кризисами, трагедиями, очень личными историями людей, с которыми им больше не к кому прийти

С другой стороны, есть исторические события, которые являются тем фоном, на котором проходит жизнь обычных людей, их личные драмы, успехи, радости и печали. Сейчас все это — личное и историческое — переплетается в очень плотный комок, распутать который невозможно и, вероятно, преждевременно.

Но можно ослабить напряжение в нем для того, чтобы человек мог жить более ясно и находить в себе смелость, решимость действовать и жить так, как это созвучно его ценностям, его смыслам, тому, что для него действительно значимо. Это и есть психотерапия — способствовать большей ясности, смелости жить свою жизнь независимо от обстоятельств.

Когда я только начинала работать психотерапевтом, я думала о том, что буду заниматься маленькими жизненными историями людей. Но оказалось, что это невозможно. Они все равно проходят на фоне больших исторических событий, которые влияют на эти маленькие жизненные истории. И хочется верить, что маленькие жизненные истории влияют на ход больших исторических событий тоже.